– Первое, что ты должен зарубить себе на носу, парень, это не бросаться такими словами, когда не знаешь, с кем говоришь.

– Я знаю, с кем говорю. – Бак сплюнул кровь на тротуар.

– А я знаю, кто ты, – проворчал Кейс.

– Ну, а теперь, когда мы все познакомились, – Зак качнулся на каблуках, – как насчет того, чтобы подняться и пройти со мной в тюрьму?

В первый раз за все время разговора Кейс оторвал взгляд от Бака и посмотрел на Зака.

– Брось шутить, Зак.

– Вставай, говорю. Начальник полицейского участка здесь я, не ты, и я собираюсь посадить вас обоих в камеру, чтобы вы немного поостыли.

Смирившись с судьбой, Бак встал и отряхнулся. Пэдди стоял в дверях салуна, держа в руках шляпы обоих нарушителей спокойствия и ружье Бака. Отдав одну из шляп Баку, ирландец повернулся к Кейсу и протянул ему другую.

– Вот, начальник, возьмите.

– Здесь начальник я, – напомнил о себе Зак, забирая у него ружье Бака, – о чем этот парень, – он кивнул в сторону Кейса, – похоже, забыл. А теперь вы, двое, следуйте за мной, и никаких возражений.

Кейс сделал попытку избежать наказания.

– Мне нужно домой, Зак.

Зак подтолкнул друга вперед стволом его собственного «кольта».

– Тебе следовало бы подумать об этом до того, как ты набросился на этого парня.

Вокруг салуна тем временем собралась уже небольшая толпа, состоявшая из наиболее ярких обитателей Бастид-Хила. Флосси, стоявшая тут же с двумя девочками из своего заведения, уставясь сонно на Кейса с Баком, крикнула:

– Кейс Сторм, это ты? Я думала, ты умнее. Что скажет обо всем этом Рози, а?

Кейс проигнорировал ее вопрос и с опущенной головой первым двинулся в сторону тюрьмы, прикрывая одной рукой разбитый в драке нос, а другой потирая челюсть.

Сверху начали капать тяжелые, размером с серебряный доллар капли. Бак последовал за Кейсом, мысленно поклявшись себе, что никогда больше не сунет и носа ни в одно цивилизованное место.

– А как насчет моей лошади, старик? – вспомнил он внезапно про своего гнедого с притороченными к седлу одеялами и сумками с вещами.

Остановившись на мгновение у коновязи, Зак отвязал лошадь и протянул ему поводья. Не выпуская из рук оружия, он продолжал подталкивать арестантов, пока они шли через улицу к зданию тюрьмы. Войдя, он бросил револьверы и нож Бака на стол и занялся поисками ключей к единственной в тюрьме камере. Его заключенные продолжали игнорировать друг друга. Наконец Зак выпрямился и махнул в сторону открытой двери.

– Никак не могу отыскать ключи. Ладно, входите и посидите там немного, а я за вами присмотрю.

Кейс вошел в камеру первым, даже не потрудившись посмотреть, следует ли за ним Бак. Ему в общем-то было на это наплевать. Он думал лишь о том, как бы поскорее вернуться к Розе, надеясь, что Зак продержит его здесь не слишком долго. Единственная кровать в камере, служившая обычно постелью Заку, была привинчена к стене, наподобие полки.

Кейс опустился на жесткое ложе и приготовился ждать.

Войдя в крошечную камеру, Бак сел на другом конце кровати. Старый начальник участка закрыл за ним дверь, опять проворчав что-то о потерянных ключах. Похоже, он решил положиться на их со Стормом совесть, уверенный, что она не позволит им сбежать. У брата Анники все еще текла кровь из расквашенного им носа, но Баку было в общем-то на это наплевать. У него самого была рассечена губа, и щека около рта слегка припухла. Прекрасное зрелище он будет собой представлять, если ему все же доведется встретиться с Анникой. Он подумал вдруг о ее женихе из Бостона и едва не решил, что тут же повернет назад домой, как только выберется из этой передряги.