Родители ждали, пока дверь в его комнату брякнет замком.

– Ну и что? – начал отец. – Опять эти монстры? А ты потакаешь!

– Я не потакаю, я же предлагала обратиться к психологу.

– Мой бы отец дал мне ремня!

– Я даже не сомневаюсь. Послушай. – Миссис Хансон задумалась. – А может, той женщине и правда нужна была помощь?

– Ага, а мистер Бишоп – действительно монстр! Я тебя умоляю, Лилиан!

– Я просто предположила…

– Ты просто ищешь разумные объяснения, но их нет, – развёл он руками. – Чёрт бы это всё подрал! Тебе не сказали, когда он это перерастёт?

– Не знаю, годам к четырнадцати…

– То есть ещё год ждать?

Миссис Хансон молча собрала все тарелки, включила воду и начала мыть по одной, медленно-медленно, как только могла.

Она каждый раз мыла посуду, когда теряла над чем-то контроль. Количество чистых тарелок над мойкой она контролировала всегда.

Мистер Хансон ходил по дому тихо и уже не грозно ворча.

Его жена перемоет тарелки, а после начнёт всё по новой, как только раковина будет пуста.

Всю следующую неделю Джиджи следил за домом мистера Бишопа – он стоял под окнами и выжидал. Пару раз мистер Бишоп появлялся в той комнате, но сейчас она выглядела по-другому. Он обставил её мебелью, и она походила уже не на спальню, а на обычную гостиную в пастельных тонах. Мистер Бишоп сидел на горчичном диване и смотрел непристойный канал. Джиджи вдруг показалось, что кричащая женщина там, на экране, превратилась в ту, что он видел неделю назад, а мужчина, лежавший на ней, – в того волосатого монстра с тем же оголённым задом. Джиджи будто опять оказался в том дне, словно видел её глаза – она смотрела на него, понимая, что он ничем не может помочь. Мальчик так и стоял у окна соседа, когда тот его увидел – он наморщил высокий лоб и скрестил на груди руки. От страха Джиджи не мог и вздохнуть. Подойдя к окну, Бишоп закрыл плотные шторы.

Кем была эта девушка, Джиджи не знал, но вроде как где-то её уже видел – то ли в продуктовом, то ли на рынке, когда они с матерью выбирали салат. Она примелькалась ему недавно, значит, и жила где-то недалеко. Если у них с мистером Бишопом просто роман, на что намекнула мама, значит, он найдёт её в одном из домов, а если сосед держал её силой, в чем Джиджи был почти уверен, значит, ему её не найти и она по-прежнему у него.

Джиджи решил обойти все дома и начал с самых дальних. Их там было пятнадцать, через улицу ещё десять, потом магазин, и ещё один такой же квартал. Он подходил к каждому дому и стоял под каждым окном. Пару раз ему пригрозили, и Джиджи пришлось уйти, сделав вид, что он спутал адрес. На следующий день он стоял под другими домами – там в двух из пяти спален люди занимались всё тем же, и Джиджи всё так же не мог отойти от окна. Ни в одном из этих домов, ни за одним из тех окон он не мог отыскать её – ту девушку, что видел под монстром.

На седьмой день всё изменилось.

– Миссис Хансон! – раздалось после стука за дверью.

– Да-да. – Мать бежала открывать. Слишком настойчивым был этот стук, слишком тревожным предчувствие.

На пороге их дома стоял человек в галстуке и с красной папкой.

– Можно войти? – зашёл он.

Человек с красной папкой был из социальных служб.

– Я бы хотел взглянуть на ребёнка, можно его позвать?

– Мальчик спит, – заявила мама, когда сын появился на втором этаже.

Миссис Хансон тяжело вздохнула и выдохнула сразу же, как на пороге появился муж.

– Что происходит? – уставился на пришедшего мистер Хансон.