– Я не смею думать о таком…

 Квентл безжалостно рассмеялась.

 – Оставь свои наивные возражения для более легковерных, малышка. Ты еще не ответила на мой вопрос. Зачем мне брать тебя и твою хозяйку в Мензоберранзан?

 – Я только надеялась, – запинаясь, произнесла Данифай, – что, может быть, у меня появился бы шанс доказать вам свою полезность, и тогда вы могли бы захотеть дать мне возможность служить вам.

 – Я вижу, на этот раз ты не осмеливаешься отвечать за свою хозяйку, – фыркнула Квентл. – Значит, я должна буду вознаградить твою вероломную наглость, укрыв тебя в Доме Бэнр, тогда как я знаю, что ты не что иное, как корыстолюбивая змея, которая покинет свою госпожу, как только ей вздумается?

 – Вы ошибаетесь во мне, госпожа, – ответила Данифай. – Обычай принимать лучших и наиболее полезных членов побежденных Домов распространен среди нашего народа. Моя госпожа и я…

 Змеи в плетке Квентл зашипели и метнулись к лицу Данифай, заставляя ее умолкнуть.

 – Полагаю, – сказала Квентл, – что я вовсе ни в ком не ошиблась. Ты жеманная подлиза, которой не хватило силы на то, чтобы не дать сделать себя рабыней. Ты для меня не более чем бесполезное украшение – или ты очень терпеливая и очень умная маленькая подхалимка, и в обоих случаях приводить тебя в мой дом не слишком разумно. – Она откинулась к стене, презрительно усмехнувшись Данифай. – Пожалуй, мне следовало бы просто сообщить об этом разговоре Халисстре. Сомневаюсь, чтобы твоя хозяйка обрадовалась, узнав, что ты себе позволяешь ради нее. В конце концов, служанке такое просто не подобает.

 – Это ваше право, госпожа, – ответила Данифай, склоняя голову. – Можете поступать со мной, как захотите. Я могу лишь вверить себя вашей милости. – Она вновь подняла взгляд, сохраняя свою смиренную позу, и провела языком по губам. – В плену я начала понимать кое-что о сущности силы, о том, что значит обладать абсолютной властью над кем-либо. Если мне не дано обладать такой силой самой, тогда все, что остается, – это отдаться под покровительство женщины, которая тоже понимает эти вещи. Халисстра Меларн – моя госпожа, но лишь с вашего соизволения. Когда придет время и вы решите обсудить этот вопрос, молю, позвольте мне продемонстрировать свои наиболее полезные качества и заслужить счастье быть вашей рабыней. Вы лучше моей госпожи знаете, как пользоваться силой.

 – Прекрати эту бессмысленную лесть, девчонка, – бросила Квентл. Она плавно поднялась и шагнула ближе, с улыбкой на губах угрожающе нависнув над коленопреклоненной девушкой. – Я уже сказала тебе однажды, что могу видеть то, что скрывается за твоим смазливым личиком. Кроме того, понимание полезности молчания – это лишь одна из добродетелей, которые я нахожу желательными в тех, кого беру под свое великодушное покровительство.

 – Умоляю вас, госпожа, – прошептала Данифай. Она подалась вперед, зарывшись лицом в юбки Квентл, закрыв глаза, обвив руками колени Бэнр. – Я все бы сделала, чтобы заслужить вашу милость. Умоляю вас.

 Змееголовая плеть Квентл извивалась, шевеля серебристые волосы Данифай. Наставница Академии стояла молча, все с той же холодной улыбкой на лице. Потом она мягко подняла рукой подбородок Данифай, склонившись, чтобы заглянуть ей в глаза.

 – Имей в виду, – негромко сказала Квентл, – я прекрасно понимаю, что ты делаешь, и тебе не победить в этой игре.