— Есть кое-какие идеи, — осторожным тоном отозвалась Роза. Все ее идеи поначалу звучали скверно. Роза адаптировала их из беспорядочного сплетения ее снов, сенсационных газетных статей, какой-то ерунды из дамских журналов, после чего просто кошмарно их излагала. Зато всегда завораживало смотреть, как они появляются из-под ее карандаша и кисточки в виде дразняще-фигурных форм.

— Что-то про атомную бомбу? — спросил Сэмми.

— Откуда ты знаешь?

— Прошлой ночью, когда ты громко разговаривала, мне просто случилось быть с тобой в одной спальне, — ответил он. — Я там как последний дурак пытался заснуть.

— Извини.

Сэмми раскокал полдюжины яиц в чашу, взбил их с молоком, натряс перца и соли. Сполоснув одну из скорлупок, он швырнул ее в кофейник на плите. Затем вылил яйца прямиком в пенящееся на сковородке масло. Омлет был единственным блюдом из кулинарного репертуара Сэмми, зато он по-настоящему славно его готовил. Главным секретом здесь было то, что омлет просто следовало оставить в покое. Большинство людей стояли у плиты, упорно его помешивая, но метод Сэмми заключался в том, чтобы оставить омлет в покое на минуту-другую на слабом огне и больше, чем пару-другую раз, его не тревожить. Порой, разнообразия ради, Сэмми бросал туда несколько кружочков жареной салями. Так Томми больше нравилось.

— Он там опять с этой наглазной повязкой, — сказал Сэмми, пытаясь говорить без лишней озабоченности. — Я видел, как он ее примеряет.

— Вот черт.

— Он поклялся мне, что ничего такого не замышляет.

— И ты ему поверил?

— Пожалуй. Скажем так, решил поверить. А где салями?

— Я внесла ее в список. Сегодня пойду в магазин.

— Но ты должна закончить ту историю с «Поцелуем».

— Закончу, не беспокойся. — Роза громко отхлебнула своего лимонного кипятку. — Он точно что-то такое замышляет.

— Думаешь? — Сэмми поставил на стол арахисовое масло и достал из «фригидара» виноградное желе.

— Не знаю. Я просто думаю, что он последнее время малость порывистый.

— Он всегда порывистый.

— Лучше уж я провожу его в школу, раз я все равно уже встала. — Розе было куда легче управлять своим сыном, чем Сэмми. Похоже, она просто не уделяла этому вопросу лишних раздумий. Да, Роза считала, что важно доверять детям, время от времени передавать им вожжи правления, позволять им решать за себя. Но когда, как это частенько случалось, Томми растрачивал кредит доверия, Роза, ни секунды не колеблясь, тут же закручивала гайки. А Томми, похоже, никогда не возмущался ее суровой дисциплиной так, как он негодовал от малейшего неодобрения Сэмми. — Знаешь, хочу позаботиться, чтобы он точно туда добрался.

— До самой школы ты меня не поведешь, — заявил Томми. Войдя на кухню, он тут же уселся перед своей тарелкой, ожидая, когда Сэмми нагрузит туда омлет. — Честное слово, мама, ты просто не можешь этого сделать. Я умру на месте. Я правда умру.

— Он правда умрет, — подтвердил Сэмми.

— И как я тогда буду выглядеть? — поинтересовалась Роза.