|
— Подлинный чартер?
— Для сокрытия налогов.
Существует много способов сокрытия налогов при помощи гибралтарских компаний. Общим для них является то, что право этих компаний делает невозможным выяснить, кто именно владеет судном или как за него уплачено.
— Очень плохо, — огорчился я.
— Так в чем там мошенничество?
— Требуется больше улик, — сказал я. — Спокойной ночи!
— Минуточку, — задержала меня Мэри Эллен. — Что касается судна «Поиссон де Аврил», я разузнала о нем. Есть исковое заявление на его счет.
— Вот как! — Волосы у меня на затылке стали дыбом.
— Да, — подтвердила Мэри Эллен. — Оно затонуло. Удивительно, что Джастин не сказал тебе.
— Я не виделся с ним пару дней.
— У меня здесь есть об этом. Из «Ле Монд де Дакар», читаю тебе: «Поиссон де Аврил», грузовое судно, водоизмещением в пять тысяч тонн, затонуло вчера в море неподалеку от Сенегала (это «вчера» было три недели назад) вследствие взрывов в трюме. Капитан, офицеры и пять членов команды спаслись в шлюпках. Кок-марокканец и палубный матрос с Берега Слоновой Кости утонули вместе с судном". «Поиссон де Аврил» приобретен за миллион сто тысяч. Застрахован на два миллиона триста девяносто одну тысячу. Принадлежит компании Тибо. Два человека погибло.
— Алло, ты слушаешь? — не знала, как расценить мое молчание Мэри Эллен.
— Да-да, слушаю.
— Звучит правдоподобно, а?
— Угу.
Я вспомнил Тибо, сидящего в лачуге: «И совершенно неожиданно мои старые друзья приходят к выводу, что я способен потопить яхту ради денег». Тибо — глава «Транспорте Дренек», владелец «Поиссон де Аврил», лицо, получающее доходы со страховки.
— Я раздобуду какие-нибудь свидетельства, — сказал я.
— Свидетельства — это то, что нам нужно, — подтвердила Мэри Эллен.
Телефон был тяжелым, словно из гранита.
У Тибо — финансовые затруднения. Кингстон его новой, застрахованной на чересчур крупную сумму яхты оказался дефектным. Другое его судно, «Поиссон де Аврил» затонуло. Два человека погибло.
Свидетельства — вот что требовалось.
С их помощью можно распутать клубок и установить, кто это готов был убить не только Тибо, но и невинных людей из его экипажа.
Артур Креспи хотел завладеть папками. Скорее всего он намеревался разделаться с Тибо, чтобы заткнуть ему рот в связи с содержимым папок. В то же время он готов был утопить Бьянку, Фрэнки, Яна и меня.
Это если они гонялись за Тибо.
Но Бьянка видела документы на «Поиссон де Аврил», и я тоже.
Значит, любой из нас мог быть объектом преследования.
Я сидел и дрожал, как в ознобе. Хотелось спуститься вниз, найти дочь и придумать, как вытащить ее из этого.
Я позвонил в агентство «Джотто». Секретарь сказала, что сожалеет, но господина Креспи сейчас нет. Я поинтересовался, где он. Секретарь ответила, что не знает.
Положив трубку, я уставился на телефон. Господин Креспи не имел намерения что-либо сообщать кому бы то ни было. Свидетельства имело смысл собирать в Лондоне, поскольку там я знал многих.
Я вновь позвонил Мэри Эллен. У меня начинало ныть ухо.
Мэри Эллен уже спала. Я почувствовал дремоту в ее голосе.
— Что еще? — спросила она.
— Я хочу, чтобы ты позаботилась о Фрэнки.
— А чем, по-твоему, я занималась последние семнадцать лет? — вспылила она. |