|
— Я хочу, чтобы ты позаботилась о Фрэнки.
— А чем, по-твоему, я занималась последние семнадцать лет? — вспылила она.
— Я только имел в виду, что для нее небезопасно находиться во Франции.
— Во что ты ее втянул? — совершенно проснулась Мэри Эллен.
— Я должен приехать в Англию. По делу. Фрэнки лучше побыть с тобой. Ты в Лондоне?
— А где же еще?
— Ты можешь передать Джастину, что я хочу обсудить с ним следующий шаг?
— Вероятно, — ответила она. Судя по рассеянному тону, работа отодвинулась для нее на второй план.
— Когда ты приезжаешь?
— Сегодня ночью.
В голосе Мэри Эллен послышалось удивление.
— Не бездельничать?
— Нет.
— Судя по голосу, ты устал.
Наступила пауза. И уже иным, мягким тоном Мэри Эллен добавила:
— Позаботься о себе. Я договорюсь с Джастином, чтобы пообедал с тобой в «Ллойд».
Я опустил телефонную трубку. Затем позвонил Джорджу и попросил его поставить «Аркансьель» после ремонта на мертвый якорь, после чего упаковал чемодан. Бьянка отсутствовала. Мне не удалось попрощаться с ней. Фрэнки отправилась на вокзал без особых волнений. Скорее всего оттого, что жизнь здесь теперь, когда Жан-Клод был в бегах, скрываясь от полиции, казалась ей пресной. К двум часам ночи мы приехали в Париж, а в девять тридцать поднялись на борт лайнера, выполняющего рейс в Лондон.
Под крылом самолета словно угорь извивалась Темза. Фрэнки притихла.
— Та моторная яхта, ну, во время гонки... Так кто нас таранил?
— Слабоумный ублюдок, — сказал я.
— Ты говорил, что он делал это намеренно.
— Да нет, — соврал я.
— Но ты же говорил!
Семнадцать — не тот возраст, чтобы беспокоиться об одежде, когда катишься по камням.
— Я был утомлен. К тому же зол. Он просто дурак. Напился джина и запаниковал.
Фрэнки кивнула и улыбнулась, распахнув свои удлиненные голубые глаза. Я был отцом, который прогнал ее друга и притащил ее домой, когда она совсем не хотела этого. Но Фрэнки доверяла мне. Самолет погрузился в коричневатое облако и приземлился. Мы поймали такси. Улицы в зной выглядели отвратительно. Мы направились в район, где жила Мэри Эллен. Фрэнки открыла дверь своими ключами. Я побрился среди коллекции природных губок Мэри Эллен, затем повязал галстук и отправился в «Ллойд».
Глава 19
Джастин повел меня вниз, в ресторан в подвальчике. Багровый цвет его лица над черным пиджаком и полосатыми брюками бил в глаза, словно кулак.
— Я видел: ты выиграл, — сказал он. — Пришлось вернуться. Прошу извинить за еду — отвратительное место.
Джастин заказал перепелиные яйца. Я последовал его примеру.
— Мэри Эллен уже на подходе, — сообщил он.
— Отлично, — сказал я, хотя думал совсем иначе.
Мне вовсе не хотелось, чтобы она услышала то, что я намеревался сообщить Джастину. У входной двери произошла небольшая заминка и появилась Мэри Эллен.
На ней был один из ее обычных костюмов, так ладно скроенный, что вы обращали внимание не на саму вещь, а лишь на создаваемый ею своего рода ореол элегантности и изящества. Ее кожа была бледна, а черты лица — утонченны, как у балерины. В моей памяти всплыл яркий южный цвет лица Бьянки. Рядом с ней Мэри Эллен, наверно, выглядела бы почти изможденной, разве что в ее взгляде можно было почувствовать силу.
Она улыбнулась, и улыбка оживила ее лицо. Как и в случае с одеждой, вы не замечали Мэри Эллен как таковую, а лишь ощущали исходящие от ее улыбки тепло и энергию. |