– Зельда! – в ужасе закричала Мадди и бросилась вниз по ступенькам. Из головы у нее сразу вылетели все другие мысли. Она могла думать только о том, как спасти эту маленькую обжору.

Грузовик зарычал, заглушая все остальные звуки, и начал двигаться назад. Он ехал очень медленно, смотреть на это было для Мадди мучительной агонией.

– Стойте! – Мадди бросилась к грузовику, размахивая руками. Водитель смотрел через плечо и не видел ее. – Зельда!

Бегая вокруг кабины водителя – Мадди была не настолько глупа, чтобы бежать позади грузовика, когда он подавал назад, – она оказалась в узком просвете между грузовиком и оградой, вдоль которой росли тощие деревца.

И тут она увидела Зельду. Та беззаботно выбегала из-под грузовика, в каких-то сантиметрах от огромного колеса, которое могло мгновенно превратить ее в лепешку.

В пасти у нее была красная коробка из-под жареной картошки из «Макдоналдса».

– Зельда!

Смеясь и плача, Мадди с облегчением выскочила на мостовую и схватила Зельду на руки. Она все еще прижимала собаку к груди, когда краем глаза заметила высокую фигуру позади себя.

– Привет, Лесли, – услышала она мужской голос. Прошлое снова настигло ее. В этот раз исход мог быть смертельным.

Она открыла рот, чтобы закричать. Она не хотела умирать…

Что-то ударило ей в висок, и перед глазами у нее все потемнело.

Мадди – она обнаружила, что все еще думает о себе как о Мадди, – медленно и неохотно приходила в себя, она сопротивлялась этому всеми фибрами своей души. Сознание означало боль. Ее голова как будто раскалывалась пополам, бедро ныло, руки и ступни онемели и распухли.

Они были связаны тонкой и гладкой веревкой, которая сильно врезалась в кожу. Все у нее внутри сжалось от страха. Она вспомнила свои ночные кошмары. Она находилась в каком-то помещении и лежала боком на жестком, холодном бетонном полу.

Она чувствовала запах масла и плесени, напоминавший ей запах сырой земли. А еще… пахло какой-то едой. Чем-то жирным.

Если здесь была еда, то, наверное, были и люди. И хотя до нее не доносилось никаких звуков, у нее было такое чувство, что она не одна.

И тут она все вспомнила. Вспомнила, как какой-то незнакомый мужчина произнес ее прежнее имя, перед тем как ударить ее в висок.

О боже. В меня стреляли? Наемный убийца…

Нет. Если бы это был наемный убийца, она была бы уже мертва.

Она почувствовала на своем лице что-то холодное и мокрое. Она дернулась, будучи не в состоянии контролировать свою реакцию. Она едва сдержала крик.

Зельда. Она чуть приоткрыла глаза и увидела маленькую обезьянью мордочку всего в нескольких сантиметрах от своего лица. Как это ни нелепо, она почувствовала громадное облегчение из-за того, что собака была с ней рядом – как будто это могло ей помочь.

Возможно, убийца не прикончил ее по каким-то своим соображениям. Может быть, его планы включали и Зельду? Она, впрочем, так не думала.

При звуке открывшейся двери Зельда отскочила куда-то влево. Мадди тоже хотела посмотреть, что там происходит, но она изо всех сил пыталась изобразить, что до сих пор находится без сознания.

– Ди Маттео говорит, что мы должны заставить ее сказать, где она спрятала улики.

Говоривший был среднего роста, плотного телосложения мужчиной лет сорока.

Мадди наблюдала из-под полуопущенных ресниц за тем, как тот человек направляется к другому мужчине, сидевшему на чем-то вроде верстака, около самой отдаленной от Мадди стены. Теперь, когда Зельда не загораживала ей вид, Мадди увидела, что находится в большом пустом гараже, где стоит только одна машина – синий «форд»-пикап.