Она посмотрела с сочувствием, понимая, что такое вот сообщение: завтра вылетать в Москву на месяц — может ошарашить любую женщину.

Брат, к которому она забежала после работы, слегка разочаровался: он предвкушал покупку машины для сестры — дело серьезное, но интересное. Предстоящий карьерный рост Маргариты настроил его на философский лад.

— Понятно, не каждой женщине удается в тридцать лет стать главным бухгалтером.

— Я еще им не стала, это только разговоры.

— Не важно. Предложение ты получила. Только я боюсь, карьерой увлечешься, а о личной жизни забудешь. Мне Лизка говорила, в роддоме женщин после тридцати лет называют старородящие.

— Фу, какое гадкое слово!

— Важно не слово, а смысл. Не тяни с этим делом, ладно?

— Помнишь, как папа говорил: и рад бы в рай, да грехи не пускают!

Тут пришла с работы невестка. Несмотря на возражения, усадила Маргариту ужинать.

— Знаю, что торопишься. Но сейчас начнешь собираться, забудешь и поесть. Садись, десять минут ничего не решают.

Уже у порога она протянула Маргарите сверток.

— Что это?

— Мой новый бархатный костюм.

— Я же тебя на полголовы выше.

— Не на полголовы, а всего на пять сантиметров, — строго поправила Лиза. — Брюки мне длинные, я их не успела укоротить, а тебе понадобится. Мало ли, в ресторан кто пригласит. Ты со своей квартирой сто лет себе туалеты не обновляла. А поедешь в столицу. Там бомонд страны тусуется.

Это было правдой, и Маргарита благодарно поцеловалась с женой брата. Вкус у Елизаветы был отменный, и костюм наверняка ей подойдет.

К матери Маргарита заскочила, только чтобы проститься.

— Меня Лиза ужином покормила! — крикнула она с порога.

Мама тоже вынесла пакет.

— А это что?

— Свитер из ангорки. Ни разу не надеванный.

— Мама, не надо, у меня есть все необходимое. Ты у нас и сама еще женщина не старая.

— Риточка, он слишком жаркий для нашего юга, да к тому же белый, ну куда мне такой?

— А мне?

— А тебе в самый раз. В Москве, передавали, минус пятнадцать.

Маргарита собирала дорожную сумку, когда зазвонил телефон. Она непредвиденных звонков уже не ждала, потому сняла трубку безо всякого внутреннего трепета. Это оказалась Люська.

— Подруга, — закричала она, — ты дома? Я к тебе еду! Дмитрий меня отпустил с ночевкой. Он за Костиком присмотрит…

— Люсь, ты извини, но я в Москву собираюсь. У меня самолет с утра.

— А что же ты молчишь?

— Да я сама всего два часа назад об этом узнала.

— Все равно я к тебе приеду. Так сказать, напутствую.

— Приезжай, но учти: у меня есть нечего, меня родные покормили, и пить — тоже.

— Не важно, мы что-нибудь придумаем.

Люська приехала с целым пакетом вещей.

— Да что это вы меня всем колхозом одеваете! — рассердилась Маргарита, когда подруга стала доставать свои фирменные вещи.

— Ты слишком невыразительно одеваешься, — безапелляционно заявила Люська. — И в наше время, как во всякое другое, встречают по одежке.

Она заставила Маргариту перемерять весь гардероб, одобрив при этом костюм Лизы.

— Вот смотри, как на тебе сидит костюм невестки. Блеск! А я рубль за сто даю, что ты бы себе такой не купила.

— Какой-то он слишком… нарядный.

— Вот! Вот в чем все дело! Отчего ты решила, что женщина не должна покупать себе нарядные веши? Попробуй-ка примерь мои кожаные брюки.