К Эрнану подошел Гастон.

    -  Боюсь, ты переиграл, дружище. Сейчас его хватит удар.

    -  Монсеньор, - обратился Шатофьер к кастильскому принцу. - В указе короля, брата вашего, дозволено казнить ваше высочество каким угодно способом на мое усмотрение, а значит, и путем отделения головы от туловища. Я полагаю, что это больше всего соответствует вашему высокому сану, но если вы придерживаетесь иного мнения и предпочитаете…

    Он не договорил, так как в это самое мгновение Фернандо наконец преодолел оцепенение и с неожиданной прытью набросился на него. Однако Эрнан не терял бдительности и молниеносным ударом в грудь оттолкнул принца от себя - тот споткнулся и упал. Вспомнив о своих обязанностях, кастильские гвардейцы подхватили его и поставили на ноги.

    -  Это неправда! - заорал Фернандо таким неприятным визгливым голосом, что Гастон не смог удержаться и с отвращением сплюнул. - Неправда! Это не я, это Инморте! Он отравил брата… Это он сделал, это не я! Он, он виноват! Я тут ни при чем… Не троньте меня, отвезите меня к брату, я ему все расскажу… Вы не имеет права! Не надо…

    -  Что он такое несет? - пробормотал Гастон, бледнея. - Короля уже отравили?!

    -  Стало быть, так, - невозмутимо ответил Эрнан и вновь обратился к Фернандо, который, брыкаясь и извиваясь, скулил: «Отвезите меня к брату! Я ему все расскажу!»: - Когда это случилось? Когда дону Альфонсо дали яд?

    -  В начале августа… Не делал я этого…

    -  А кто?

    -  Трухильо, помощник главного кравчего. Инморте его подготовил… Это он, он! Я не подговаривал…

    -  Медленнодействующий яд, - прошептала графиня и быстро подошла к ним. - Что это был за яд? - спросила она у Фернандо.

    -  Я… я ничего не знаю… Это все Инморте! Это он, он!..

    -  Когда должна начаться болезнь? - отозвался Эрнан.

    -  Я не… - Вдруг в глазах Фернандо зажглись слабые огоньки надежды. - Я знаю, как помочь брату! Везите меня к нему! Я знаю противоядие, я спасу его.

    -  Как? - скептически спросила графиня. - Какое вы знаете противоядие?

    -  Я скажу только брату. Он должен дать слово, что помилует меня… Вам я ничего не скажу! Отвезите меня к брату. Только ему…

    Эрнан отрицательно покачал головой:

    -  Это исключено, монсеньор. Либо вы сейчас скажете, и я даю слово, что отменю свое решение о приведении приговора в исполнение - если поверю вам. Либо вас казнят - немедленно. Ну!

    -  Я скажу только брату… Только ему, ему одному… Я не верю вашему слову, не верю! Вы подлый, бесчестный негодяй!.. - Поняв, что его уловка не сработала, он окончательно впал в панику: - Господа гвардейцы, не слушайте чужака, везите меня к брату. Я спасу его!.. Спасу… помогу… Везите меня к брату, пусть он все решит… Господа гвардейцы!.. Господа, не слушайтесь его… их… Не позволяйте им убивать брата вашего короля. Господа гва… Ну, прошу вас, господа! Спасите меня, а я спасу брата… Ну, пожалуйста!..

    Однако ни один из тех, к кому так отчаянно взывал Фернандо, даже не сдвинулся с места. Гвардейцы хорошо знали злобный нрав первого принца Кастилии и полностью отдавали себе отчет в том, что если ему удастся выйти сухим из воды, он никогда не простит им своего унижения и постарается как можно скорее отправить их всех к праотцам.