-  Да, государь. У меня к вам одна просьба.

    -  Так говорите же.

    -  Я более чем уверен, государь, что ваша сестра явится к вам вместе с принцем Филиппом…

    -  Это было бы желательно, господин граф. К сожалению, времени мне отпущено слишком мало, чтобы обращаться к императору с просьбой освободить Филиппа от обязательства, данного им в отношении его дочери Анны. Так что мне остается только положиться на свою последнюю волю. Думаю, Филипп найдет ее достаточным и вполне веским оправданием для себя, а Август Юлий с пониманием отнесется к его поступку.

    Теперь пришла очередь вздыхать Эрнану.

    -  Как раз этого я и боялся… Стало быть, вы хотите, чтобы Филипп женился на госпоже Бланке?

    -  Я очень этого хочу. Лучшего короля для Кастилии не сыщешь… А чего, собственно, вы боитесь?

    -  Буду с вами откровенным, государь, - сказал Шатофьер. - Я боюсь, что Филипп не устоит перед соблазном и исполнит последнюю волю вашего величества, о чем впоследствии будет горько сожалеть. Сейчас он не в состоянии принимать взвешенные решения, он безумно любит вашу сестру, к тому же есть основания полагать, что она ждет от него ребенка…

    -  Даже так? Тем лучше. Тогда у Кастилии будет и король, и королева, и наследник престола… Но почему вы считаете, что это будет неразумным решением со стороны Филиппа?

    -  Потому что его истинное призвание - стать королем Галлии во имя ее грядущего могущества и процветания. Я убежден, что именно ему суждено собрать все галльские земли - во всяком случае, большинство их, - в единое государство. Прошу великодушно простить меня, ваше величество, я очень уважаю вас и с уважением отношусь к вашей стране, но Галлия - моя родина.

    -  Ага, понятно! Значит, вы пламенный патриот своей земли?

    -  Можно сказать и так. Впрочем, не буду лукавить перед вами, настаивая на своем бескорыстии. В равной степени мною движут и личные мотивы… Или эгоистические - это уж как вам будет угодно их назвать. Именно с Филиппом связаны все мои планы на будущее, но если он женится на госпоже Бланке, я останусь ни с чем. Кастилия, может, и примет Филиппа за своего; наверное, так оно и произойдет. А вот я всегда буду для нее чужаком, здесь мне ничего не светит. Самое большее, на что я могу надеяться, это быть презираемым всеми временщиком. Поэтому, государь, я категорически против того, чтобы Филипп и ваша сестра поженились. Я не обещаю вам, что не стану препятствовать их браку. Напротив, можете быть уверены, что я сделаю все от меня зависящее, чтобы расстроить его. Я слишком горд и честолюбив, чтобы вот так, без борьбы, смириться со своим поражением. Простите за прямоту, государь, но я, из уважения к вам, не считаю себя вправе что-либо скрывать от вас.

    Некоторое время Альфонсо молчал, погруженный в глубокие раздумья.

    -  Ну что ж, господин граф, - наконец промолвил он. - Я обязан вам тем, что после моей смерти корона моих предков возляжет на достойное чело, и было бы черной неблагодарностью забыть об этом и проигнорировать ваше пожелание. Так тому и быть: я не буду настаивать на том, чтобы Филипп женился на Бланке. Пусть он сам решает, как ему поступить… А теперь, прошу, оставьте меня. Я хочу немного отдохнуть, прежде чем соберется Государственный Совет. Приходите и вы с господином д’Альбре. Посмотрите, какие будут лица у моих вельмож, когда я сообщу им о казни Фернандо и объявлю Бланку наследницей престола… Ах да, чуть не забыл! Как будете выходить, вызовите ко мне капитана гвардии, господина де ла Куэву.