— Ладно. Оставим Козью Ножку в покое. Гораздо важнее узнать, на кого он работал,— оборвал бессмысленные рассуждения Трифонов.— От кого получил адрес и задачу взять то, что он взял. Допустим, это была последняя марка. Опять из сейфа не взяли деньги и золото. И как вам нравятся совпадения, не имеющие объяснений? Шестого сентября адвоката похищают. Седьмого, на следующий день, устраивают погром в его квартире и крадут коллекцию картин Федотова. Возможно, еще что-то — не исключено, что марку. В ночь с восьмого на девятое сентября лезут в офис, вскрывают сейф и забирают вторую марку. Затем следует десятидневная пауза. И только в ночь с восемнадцатого на девятнадцатое банковская служба безопасности освобождает Добронравова из плена. В этой картине нет никакой логики. Если только сам Добронравов не устроил весь этот спектакль… К сожалению, врачи не позволяют нам его допросить. Состояние его будто бы тяжелое. Сильное сотрясение мозга, отбиты почки, сломано несколько ребер и тому подобное.

— И что же, он позволил две недели издеваться над собой для убедительности? — спросила Наташа Рогова.— Так и инвалидом недолго остаться.

— Ради куша в несколько десятков миллионов можно и потерпеть пару недель,— все с той же ухмылочкой сказал Куприянов.— В таком беспомощном состоянии мужик ухитрился своровать сотовый телефон у опытного вора Коптилина. Мало того, сумел позвонить не в милицию, а банкиру Шестопалу. Парня освободили, но убили двух важных для нас свидетелей.

— Шестопал объяснил причину, почему адвокат позвонил именно ему, а не в милицию,— встал на защиту Лыткарин.— И он прав. Наши омоновцы только дров наломали бы, и вряд ли мы застали бы Добронравова живым.

— Застали бы, Аристарх. Всех застали бы живыми,— продолжал гнуть свое Куприянов.— На самом деле в квартире произошло самое натуральное убийство с целью уничтожения свидетелей.

Присутствующие замерли, предполагая, что капитан свихнулся.

Куприянов достал из своей папки сжатые скрепкой листы бумаги и положил их на стол.

— Заключение патологоанатома. В крови Коптилина и Сошкина обнаружены клофелин и огромная доза алкоголя. Ни тот, ни другой оказывать сопротивления не могли. Они спали мертвецким сном. Мало того, на шее у каждого найдены следы от удавок. Их пытались задушить, а потом передумали и застрелили. И сделали это умышленно.

— Чепуха! — возмутился Лыткарин.— Они отстреливались! Шесть дырок в двери и две в стене.

— А на этот вопрос тебе Вася ответит.— Куприянов кивнул на молчавшего до сих пор подполковника Дымбу.

— Семен прав, господа сыскари. Мы с вами уже хорошо знаем, что собой представляют Сошкин и Коптилин. А спецназовцы банкира Шестопала о них ничего не знали и допустили непоправимую ошибку. Кто-то из них разыграл спектакль со стрельбой по дверям для убедительного оправдания. Выпустив всю обойму по двери, они не учли главного фактора. Во-первых, спецназовцы проникли в квартиру через окна, а потом открыли дверь. Замок в идеальном состоянии, никто его не взламывал. Да и главное при освобождении заложников — внезапность и молниеносный захват. Даже если мы предположим, что пьяные вдрызг Коптилин и Сошкин были в состоянии сопротивляться, то они стреляли бы по окнам, а не по дверям. И второй факт, с которым уже никто из вас не поспорит.