Вэн опорожнил рог практически одним глотком. Наполнил снова и с той же легкостью выпил. Рикольф смотрел на него так, будто ожидал, что чужеземец теперь в любой миг свалится под стол. Но вместо этого великан поднялся и завел игривую беседу с одной из девушек, подававших еду. Джерин слышал ее смешки и ничуть не удивился, увидев, как чуть позже они рука об руку отправились наверх, в жилые помещения замка.

Лису тоже очень хотелось завалиться в постель, пусть даже и в одиночестве, но Рикольф не спускал с него глаз.

— У тебя, должно быть, несмотря ни на что, хорошие урожаи, — сказал он. — Иначе ты не мог бы себе позволить, чтобы этот обжора жил с тобой под одной крышей.

— Я не скуплюсь на его аппетиты, — ответил Джерин. — Во всех проявлениях. Он компенсирует их своими высокими духовными качествами.

— Быть может, быть может.

Однако Рикольф собирался поговорить вовсе не о Вэне, и Джерин это знал. Какое-то время старик смотрел на собственный рог для питья, затем продолжил:

— Итак, Лис, что, черт побери, произошло?

— С Дареном, ты имеешь в виду? Мне известно, что тебе уже все рассказали, — ответил Джерин. — Мальчика кто-то украл, и когда я узнаю, кто это сделал, то он будет проклинать тот день, когда его отцу вздумалось порезвиться с его матушкой.

— О, не сомневаюсь. — Рикольф выпил, чмокнул губами и стукнул кулаком по столу. — Ты должен найти сукина сына и отомстить. У тебя это здорово получается. Как там тебя теперь величают? Принц Севера? Не стану отрицать, что ты заслужил этот титул. Ты владеешь большим количеством земель… или контролируешь их, что, в общем-то, одно и то же… чем кто-либо на севере, за исключением, быть может, Араджиса и парочки проклятых трокмуа. Кроме того, и управляешься ты с ними лучше.

— Ты очень великодушен.

Лис тоже сделал глоток эля и почувствовал, как в голове у него зашумело. И возможно, поэтому не сдержался и выпалил:

— Как бы мне хотелось отойти от всех своих забот и заниматься тем, чем мне нравится.

— Мы все этого хотим, — сказал Рикольф. — Но у тебя хорошо получается то, чем ты занимаешься сейчас, нравится тебе это или нет. В связи с этим вот что я действительно хочу знать: как вышло, что ты не смог столь же прекрасно управиться с Элис?

«Как жаль, — подумал Джерин, — что я не настолько пьян, чтобы взять и заснуть или хотя бы притвориться, что сплю». Но он не был ни пьяным, ни хорошим притворщиком и к тому же знал, что должен дать Рикольфу ответ. Он выпил еще, больше для того, чтобы собраться с мыслями, чем ради чего-то другого. Рикольф ждал, терпеливо и упрямо, неподвижный, будто скала.

— Полагаю, отчасти причиной послужили ее надежды обрести в Лисьей крепости жизнь, отличную от той, что она вела здесь. Но этого не произошло, — медленно произнес Джерин.

Он тяжело выдохнул через нос. Где бы сейчас ни находилась Элис, ее жизнь уж точно была другой. А вот лучше или хуже, это уже другой вопрос.

— Продолжай, — велел Рикольф.

— Тебе известно, что такое страсть. Она нас ослепляет, и мы не видим чего-либо плохого или скучного в том человеке, к какому стремимся. Однако со временем можно проснуться и понять, что рядом вовсе не то, чего ты ожидал. Так, видимо, случилось и с Элис.

— И конечно, твоей вины в этом нет, да? — В громогласном баритоне Рикольфа было столько же сарказма, сколько камней в катапульте.

— Я этого не говорил, — возразил Джерин. — Оглядываясь назад, полагаю, что я многое принимал как должное.