— Чарлз, — прошептала она, — где ты сейчас? Ты самый возвышенный из всех, будь же и теперь выше их и помоги мне!

Она подумала о детях. Что будет с ними, когда она умрет?

Ее охватила паника при мысли, что скоро ей придется умереть. Она знала многих, кто болел этой болезнью, и видела, как смерть подкрадывалась к ним. Это был закономерный итог присущей ей неразборчивости в удовольствиях, неизбежный результат того, что она выбирала в любовники кого попало.

Ей пора возвращаться в убогую комнатенку на узкой мощеной улочке; надо побыстрее добраться туда и поговорить с Энн. Энн — хорошая женщина, она практична и к тому же души не чает в детях. Когда Люси умрет, Энн предстоит отвезти детей к отцам и убедиться, что они хорошо устроены.

Люси заставила себя встать на ноги и, шатаясь, побрела вдоль реки. Когда она оказалась у той части города, где находилась ее квартирка, жена рыбника, у которого Энн покупала остатки, окликнула ее:

— Вы слышали новость? Вам это должно быть интересно, ведь вы — англичанка. Кромвель умер.

— Кромвель?.. Умер?..

— Да, умер и погребен. Это значит, в вашей стране следует ждать перемен.

— Может быть, и так, — сказала Люси на своем медленном, ломаном французском, — но меня там не будет, чтобы увидеть все это.

Она по ступенькам поднялась на мансарду и, обессиленная, легла на солому.

— Это означает, что наступят перемены для него, — прошептала она.

Когда пришла Энн, Люси все еще лежала. Энн была взволнована, а Джимми, едва войдя, закричал:

— Кромвель умер, умер Кромвель!

— Да, — сказала Люси, — Кромвель умер. Энн, кое-что нужно сделать не откладывая. Я хочу, чтобы ты уехала немедленно… с детьми. Выясни; где находится со своим двором король, и направляйся к нему. Расскажи ему, что случилось со мною.

— Мы поедем все, — сказала Энн.

— Куда мы поедем? — потребовал объяснений Джимми.

— Мы собираемся к королевскому двору, — сказала ему Энн.

— К королевскому двору? — воскликнул Джимми.

Стиснув руку сестры, он начал вытанцовывать по мансарде. Он был от рождения такой крепкий и здоровый, что жизнь в нищете не отразилась на нем.

— Энн, — тихо сказала Люси. — Возможно, король сейчас собирается в Англию. Кто знает? Ты должна как можно быстрее разыскать его. Не давай себе передышки, пока не найдешь его и не передашь ему детей. Он сделает все, что нужно.

— Да, — сказала Энн, — он сделает все, что нужно. С Божьей милостью мы никогда больше не покинем его.

— Энн, уезжай скорее. Уезжай сейчас же.

— А вы?

— Думаю, я сумею позаботиться о себе.

— Я не оставлю вас. Я никогда не оставлю вас. Люси слушала крики Джимми: «Кромвель умер, мы отправляемся, чтобы увидеть короля! Мэри, ты — Кромвель! А я — король! Я убью тебя! Умри!»

— У вас жар, — сказала Энн Люси.

— Уезжай завтра же, Энн. Это все, что я хочу… Во имя детей!..

— Я никогда не оставлю вас, — сказала Энн, и слезы потекли по ее щекам. Люси отвернулась и сказала:

— Всему приходит конец. У всего есть конец. Я прожила счастливую жизнь. Пусть она будет счастливой и для Джимми с Мэри.