|
У всего есть конец. Я прожила счастливую жизнь. Пусть она будет счастливой и для Джимми с Мэри. Вот увидишь. Он хороший человек, Энн… Веселый, хороший человек.
— Второго такого нет на свете, — сказала Энн.
— Да, — согласилась Люси. — Нет ему равных на этом свете.
Она еще долго лежала и грезила, что он рядом с ней, и держит ее за руку, уговаривая не бояться. Жизнь была веселой, радостной, и не надо сожалеть о том, что она подходит к концу.
— Утром, Чарлз, — прошептала Люси. — Утром Энн отправится к тебе, чтобы передать тебе детей. Джимми, который точно твой, и Мэри, чтобы они были под присмотром. Ты сделаешь это, Чарлз, потому что… потому что ты Чарлз… и другого такого нет на свете. Утром, Чарлз…
Всю ночь она пролежала в бреду, голова у нее горела, сознание мутилось. Ей казалось, что она слышит голоса на улицах, крики: «Кромвель умер! Да здравствует король! Боже, храни короля!»
— Боже, храни его! — прошептала Люси. Утром Энн с двумя детьми отправилась на поиски королевского двора, так как бедная Люси больше уже не нуждалась в ней.
Узнав о смерти Люси, Чарлз помолчал несколько минут, потом радостно обнял Джимми, а поскольку маленькая Мэри, с таким выжиданием глядевшая на короля, стояла рядом, ему ничего не оставалось как обнять и ее тоже.
Чарлз положил руку на плечо Энн Хилл.
— Ты хорошая женщина, Энн. Люси повезло с тобою… Больше, чем с кем-либо другим. Не бойся, мы сделаем все возможное, чтобы устроить тебя.
Энн упала на колени и поцеловала его руку. Она не смогла удержать слез, и он отвернулся, потому что плач женщин расстраивал его. Затем он послал за лордом Крофтсом — человеком, которым он восхищался, и сказал ему:
— Милорд, в этот день вы обретаете сына.
Я приказываю вам взять его в свою семью и обращаться как со своим собственным ребенком. Я передаю вам своего сына, Джеймс. Лорд Крофтс склонил голову.
— Благодарю вас от всего сердца, — сказал король. — Я знаю, что не смог бы вверить Джимми в более надежные руки. Впредь для него будет лучше стать известным, как Джеймс Крофтс.
— Подчиняюсь приказанию вашего величества и сделаю все, что в моих силах, — сказал лорд Крофтс.
Итак, Джимми стал членом семьи лорда Крофтса и теперь должен был получить воспитание, соответствующее джентльмену из аристократического рода.
Очередь была за Мэри.
— Пресвятой Господь, — воскликнул король. — Я не могу отвечать за чужого ребенка. Он послал за Генри Беннетом.
— Ваша дочь прибыла ко двору. Что вы предполагаете сделать в отношении нее? — спросил король требовательно.
— Увы, сир, я не знаю, о чем речь.
— Дружище, — сказал Чарлз. — Это дочь Люси. Вы хорошо знали Люси, не так ли?
— Равно как и вы, ваше величество.
— Я определил своего сына в семью, где он получит воспитание, сообразное своему происхождению. Вам надлежит то же самое сделать в отношении вашей дочери.
— Да, мальчику повезло. Королю ничего не стоит отдать приказ, чтобы другие взяли на себя заботу о его незаконнорожденном ребенке. Но это не так просто сделать скромному рыцарю.
— Не такая это уж и трудная задача для человека, стоящего на ногах так крепко, как вы, Генри.
— Бедная малышка Мэри! Они приехали вместе, и так грустно, что один ребенок растет в надежде на светлое будущее, а другой…
— Что вы имеете в виду, Генри? Они оба незаконнорожденные.
— Но один из них королевской крови, а другая — дочь простого рыцаря. |