Прознают амеры… что же, тут возможны любые варианты. Вплоть до общепланетарной охоты за «шутником».

Искренне надеюсь, этого никогда не случится.

– Приглядывай в этом направлении, на всякий случай, – распорядился я и предупредил: – Только без фанатизма, не привлекая внимания других игроков.

Артур степенно кивнул. Можно не сомневаться – стараться будет на совесть, как-никак на кону и его жизнь. Так что концы в воду, чтобы никто и никогда не узнал, кто на самом деле развязал недавнюю русско-американскую войну.

Я неспешно отпил кофе, бросил рассеянный взгляд на небоскребы, затем посмотрел на Ласку.

– Что у тебя?

Наемная убийца дисциплинированно подобралась.

– Планы проникновения готовы. Операция займет не больше тридцати минут. Маршруты отхода проверены и подготовлены. Известны коды доступа для внешнего периметра защиты. Расписание дежурства охраны и личные дела офицеров службы безопасности…

Я приподнял руку, останавливая разошедшуюся киллершу.

– Стоп-стоп, ты так говоришь, будто мы уже согласились на предложение. Что, уверяю тебя, совершенно не так. Для начала не помешало бы узнать о твоих друзьях поподробнее.

Ласка спокойно кивнула, соглашаясь с правотой выдвинутых претензий.

– Джагер, он же Джаггернаут, он же Медный Лоб, он же Гранитная Башка. Практикует стихию Камня. Силен. В меру жесток. Хороший воин. Интеллект ниже среднего. Предпочитает идти в фарватере чужих решений. Входил в число выпускников Школы, устроивших бунт.

Ясно. Короче, бык для силовых акций. Исполнительный, безынициативный, умелый в плане схваток.

– Что по женщине?

– Кара. Просто Кара. Никаких кличек и прозвищ. Владеет стихией Смерти. По мнению многих, являлась самой сильной среди учеников в Школе на момент ее уничтожения, – голос Ласки звучал ровно и холодно, похоже, она не испытывала к старой знакомой особо теплых чувств. – Именно она в свое время первой бросила вызов учителям, проявляя строптивость. В конечном итоге это привело к бунту.

Тут тоже понятно. В отличие от качка, данная особа, очевидно, умна, хитра, обладает лидерскими качествами. С ней надо держать ухо востро.

– Объект атаки? – продолжил расспросы я.

Стоит уточнить, что по большей части пока я склонялся все-таки к положительному решению в плане бразильской вылазки. Кнабе оказался довольно убедительным, рассказывая об изученных документах. Профессор пылал энтузиазмом, и это еще мягко сказано. Он едва ли не подпрыгивал при разговоре.

И требовал, требовал, требовал немедленно представить пред его светлые очи автора исследований, умника, что додумался до написанного в документах. Вынуждая меня пойти по пути американцев после Второй мировой войны, когда они воспользовались разработками фон Брауна для собственной ракетной программы, привлекая немца на свою сторону.

Воспользоваться чужим открытием не стыдно. Стыдно (и глупо) прощелкать хлебалом и остаться с носом, пока другие вырываются вперед.

– Научно-исследовательский комплекс фонда имени Лагранжа.

– Фонд зарубежный? – уточнил я, практически не сомневаясь в положительном ответе.

– Да. Частные инвестиции.

Ясен пень, частные. Только вероятнее всего на первый взгляд. Если порыться глубже, то ставлю рубль против тысячи, всплывут любопытные вещи. Вроде того, что компании, финансирующие фонд, имели большие преференции от государства, где они зарегистрированы.

Правительства других стран руками корпораций проводили опасные эксперименты вдали от дома. Бразилия выступала в качестве экспериментальной площадки и буфера защиты на случай срочного введения карантина. Мало ли какие инциденты произойдут в лаборатории.