Я не мог говорить. Совсем.

– Вы должны уйти, – прошептала она. – Господи, господи, что с нами происходит? Как это вообще возможно? Мы же не дураки, мы же понимаем все… это не мы, это не можем быть мы… Нет, этого не может быть.

Я покачал головой. У меня за спиной была деревянная дверь, и я прислонился к ней, чтобы не упасть, пока ко мне возвращались силы. Розалина отступила еще на несколько шагов, подняла с ковра кинжал и забилась в угол, словно боясь собственных страстей.

– Мы не должны делать этого, – сказала она, и слезы блеснули в уголках ее глаз. – Пожалуйста, уходите. Пожалуйста.

Я поднял с пола ночной горшок, открыл дверь и вышел в коридор. Мне хватило присутствия духа, чтобы очистить замочную скважину от хлеба, и сразу вслед за этим я услышал, как щелкает замок, воздвигая между нами стену.

Я был словно в горячке, словно вместо крови у меня по венам бежал обжигающий огонь или яд. «Вышиби замок, – шептал мне внутренний голос. – Вышиби замок, забудь обо всем, растворись в ней, пропади… Пусть все рушится. Пусть оба ваших дома сгорят, главное, чтобы вы были вместе. Ничто не имеет значения – только любовь!»

Возблагодарив Господа за отрезвляющий вид синего горшка у меня в руках, я пошел вниз по задней лестнице к черному ходу. Ленивый охранник нехотя обвел меня равнодушным взглядом и открыл дверь. Я прошел к выгребной яме, вылил туда содержимое, а потом по своим же следам вернулся к дому и осторожно поставил горшок в таком месте, где его кто-нибудь обязательно нашел бы.

Прохладный дождь охлаждал мою кипящую кровь, и я провел час, гуляя под его освежающими струями, позволяя воде смывать мысли, порывы и отчаяние, пока наконец я не почувствовал, что у меня появились силы вернуться домой.

Мне предстояло рассказать домашним правду о браке Ромео и Джульетты. Но только не сейчас.

Не раньше утра.

ПИСАНО РУКОЙ РОЗАЛИНЫ КАПУЛЕТТИ ОТЦУ ЛОРЕНЦО

Мы оба с вами знаем, почему это бракосочетание не должно состояться.

Дорогой святой отец, умоляю вас прийти как можно скорее, потому что она просто обезумела от горя, и я уверена, что ее сердце не способно никогда больше полюбить.

Я знаю, что вы всегда поддерживали и поддерживаете клан Монтекки, из которого происходит убийца Ромео, но я умоляю вас, пожалуйста, придите сюда поскорее, пока ужасные события не уничтожили нас всех. Вы, дорогой святой отец, должны найти способ спасти счастье Джульетты.

Розалина Капулетти

ИЗ ДНЕВНИКА ОТЦА ЛОРЕНЦО

Сначала я пошел против закона Вероны и наперекор приказу герцога, предоставив убежище юному Ромео, которому я помог остаться в городе, несмотря на его вину в смерти Тибальта; а потом из страха перед тем, что от отчаяния Джульетта может решиться на страшный, смертный грех самоубийства, я послал этого мальчика к ней в постель. А ведь сначала я хотел только освятить их союз, которого они оба так страстно желали. Я и подумать не мог о таких серьезных последствиях.

Теперь же, когда Ромео в безопасности и находится на полпути в Мантую, Джульетту вынуждают выйти замуж за Париса и таким образом осквернить ее законный брак. Она говорит о кинжалах и о великом, ужасном грехе самоубийства, ведь ее брачная ночь с Парисом стала бы изменой ее законному мужу. Я не знаю, что делать. Я только молю Господа свершить Его святую волю.

Ах, начинают звонить колокола – сегодня свадьба Вероники Монтекки, а потом будут двойные похороны Меркуцио и Тибальта. Я должен приступать к своим обязанностям перед Господом, хотя сердце мое разбито.

Да простит меня Бог за все, что я сделал.

Да простит меня Бог за то, что я должен еще сделать.

Я совсем не спал: тело у меня ломило, в глаза словно песку насыпали, и у меня едва хватило терпения выдержать процедуру облачения в лучшие одежды.