Чернокожий поднял арбалет. Провел пальцами по инкрустированным металлическим вставкам, прикрепленным к деревянной основе.

— Мой народ сделал его. — Он коснулся символов и ликов жестоких богов. — Теперь я задолжал тебе две жизни. — И белоснежная улыбка в свете фонаря.

— Одной вполне достаточно. — Я выдержал паузу. — Графа Ренара.

Улыбка сошла тут же.

17

Здесь ничего не изменилось, а ведь прошло четыре года. Все те же коридоры, знакомые повороты, вазы, выставленные напоказ доспехи, картины, даже солдатские посты. Все осталось прежним, кроме меня.

В нишах светили небольшие серебряные лампады, наполненные жиром, добытым из китов, обитающих в далеких морях. Попадая попеременно из света в тень, я следовал за стражником, чьи доспехи затмевали мои собственные. На предстоящую встречу, какой бы она ни была, я шел без Макина и Гомста — их увели в другом направлении. Вернувшись в замок, я вновь ощутил себя лилипутом. Огромные двери, сработанные словно для гигантов, высоченные потолки, до которых не дотянуться и копьем. Наконец прибыли в западное крыло, к королевским покоям. Встречусь ли я здесь с отцом? Один на один в дендрарии? А может, поговорим по душам под куполом планетария? Представил его сидящим на черном троне, возвышающемся в зале, и себя, приближающегося в кольце нескольких имперских телохранителей.

Пока я шел только с одним-единственным стражником, но и это смущало меня. Неужели меня должны сопровождать вооруженные люди? Я что, настолько опасен? Предстать перед отцом, закованным в цепи? Разве я хотел напугать его? Четырнадцатилетний юнец и дрожащий король, прячущийся за телохранителями?

Глупость какая-то. Рука скользнула к эфесу меча. Клинок отлит из металла, залегающего в толще замковых стен. Истинная семейная реликвия, наряду с остальными, что хранятся в Высоком Замке, существовавшем по крайней мере тысячу лет. Меня просто распирало от желания вступить в битву. Где-то в закоулках сознания все явственнее слышались голоса, что-то шепчущие, перебивающие друг друга. Кожу на спине начало пощипывать, мышцы сводило судорогой: хотелось одного — действовать.

— Примете ванну, принц Йорг?

Стражник остановился. Едва не врезался в него.

— Нет. — Пришлось приложить усилие, чтобы подавить возбуждение. — Желаю прямо сейчас повидаться с королем.

— Король Олидан отдыхает, принц, — ответил тот. Он, похоже, смеется надо мной? По глазам видно, смышленый малый, не чета другим королевским солдатам.

— Неужели спит? — Год жизни согласен списать, лишь бы удивление не прозвучало так явственно. Почувствовал себя капитаном Коддином, над которым вроде подшутили, но ему невдомек, где собака зарыта.

— Сэйджес ожидает вас в библиотеке, принц, — пояснил стражник. Он развернулся, намереваясь уйти, но я схватил его за горло.

Спит? Да они насмехаются надо мной, отец и его подручный маг.

— Это что за игра такая, — произнес я зло. — Надеюсь, хоть кому-то она доставит удовольствие, однако, если ты… выведешь меня из себя… еще раз, убью. Подумай хорошенько. Ты всего лишь пешка в чьей-то игре, твоя награда — меч в брюхо. У тебя двадцать секунд, чтобы загладить свою вину.

Полнейшее фиаско. Вынужденные грубые угрозы вместо хитроумной проводки, — впрочем, иногда стоит пожертвовать сражением, чтобы победить в войне.

— Принц, я… Сэйджес ожидает вас… — Я видел, урок даром не прошел — от его напыщенности не осталось и следа. Что ж, придется еще раз нарушить правила. Сжал горло посильнее:

— Зачем мне говорить с Сэйджесом? Кто он такой?

— Он пользуется благосклонностью короля.