Ее слова — словно бальзам на раны.

— Замечательное пророчество, девочка, — сказал я. — Охватывает все, но ничего не значит. — Я вложил меч в ножны. — Итак, ты знаешь мое имя. А сама не представишься? Или у левкротов нет имен?

— Джейн, — ответила она, — а это Горгот, предводитель подгорного царства.

— Замечательно. — Я слегка поклонился им. — Может, вашим друзьям стоит выйти из укрытий, тогда у моих братьев не будет повода стрелять по теням.

Горгот посмотрел на меня узкими и беспощадными кошачьими глазами:

— Сюда! — Голос прозвучал даже ниже, чем я мог себе представить.

Когда чудовища вышли, стало ясно, что они окружили весь лагерь, а некоторые из них подобрались пугающе близко. Армия левкротов выглядела как войско оживших горгулий и прочих гротескных созданий, слетевших со стен готических соборов. Тут и двух одинаковых чудовищ не сыщешь. Казалось, их делали по человеческому подобию, но неумелой рукой. Таких огромных и крепких, как Горгот, я среди них не заметил. Кожа левкротов была покрыта гнойными язвами, а изуродованные сморщенные конечности — разросшимися наростами и омерзительными опухолями.

— Господи Исусе, Горгот, да Малыш Райки в сравнении с твоими друзьями почти красавчик, — сказал я.

Макин подошел ближе, свет Джейн на мгновение ослепил его. Прикрыв лицо рукой, он осмотрел Гор гота сверху донизу.

— А вот и сэр Макин, — представил я, — рыцарь при дворе короля Олидана, ужас…

— Человек, которому можно доверять, — высокий голос Джейн перебил меня, — данное им слово нерушимо.

Она перевела свои серебряные глаза на меня, и я снова ощутил на плечах груз ответственности.

— Ты хочешь пройти в сердце горы, — заявила девочка.

— Да. — Я не мог этого отрицать.

— Ты несешь смерть, принц Анкрата, — сказала она.

Горгот зарычал, словно скалы столкнулись друг с другом. Ребенок положил светящуюся руку на его запястье.

— Ты посеешь смерть независимо от того, поможем мы тебе или откажем. — Она не спускала с меня глаз. — Что предложишь взамен?

Должен отметить, она превосходно играла свою роль. Я не знал, сработает мой план или нет, но ничего хорошего предложить им не мог.

— Я припас для вас один подарочек, — ответил я, — но, если он вам не подходит, попробую придумать что-нибудь еще. А сэра Макина заставлю подтвердить. Он ведь человек слова. — Я улыбнулся. — Когда я увидел это место на карте… — Я замолчал, с нежностью припоминая обстоятельства, при которых это произошло.

— Салли… — прошептала девочка, вспомнив вместе со мной таверну.

Меня это поразило. Не очень-то приятно иметь дело с девочкой, которая копается в твоей голове, открывает запретные двери, по-детски осуждает тебя и освещает те места, которые должны оставаться темными. Хотелось избавиться от нее, очень сильно хотелось.

Я заговорил:

— Когда я увидел ущелье на карте, то подумал: «Вот место, забытое Богом». И тогда я понял, чем могу с вами обменяться. Я привез вам Бога. — Я повернулся и указал на отца Гомста. — Привез спасителя, благодать причастия. Привез благословение, катехизис, исповедь — все, что нужно для спасения ваших уродливых душонок.

Гомст по-девчоночьи взвизгнул и пустился наутек. Нубанец ухватил его за пояс своей черной рукой и перекинул через плечо.