— Подобие завтрака. Она обожглась.

— Да, но она старается. Ты когда-нибудь думал, как ей может быть одиноко? Она — в чужой незнакомой стране, замужем за мужчиной, который ее презирает, но она делает все, что пока умеет. Вопреки тебе она не сломалась.

— Вопреки мне? Благодаря мне она не сломалась. Они замолчали, а через некоторое время Джей-Ти тихо заговорил:

— Я не хочу с ней связываться. Как только армия арестует принцессу-самозванку, она вернется к себе на трон. Потом, можешь не сомневаться, она протянет мне руку для поцелуя и скажет тихо «молокосос». Или, может, она даст мне орден на ленте.

— Но ты был не прочь «связаться» с Хедер Эддисон. А Дебби Лонгли, или Карен Филлесон, или… как звали эту рыжую?

Джей-Ти улыбнулся.

— Намек понят. Но Ария — другая, как ты сама хорошо знаешь. Нельзя провести пару ночек с наследной принцессой. Она не мечтает о домиках с белым забором, она думает о замках, о своем королевстве и о пожизненной ренте. У королей нет личной жизни или свободы.

— И поэтому ты струсил.

— Я не струсил. Я просто держусь от нее подальше, что лучше делать и этому чертову Митчу. Ох, извини.

Долли отвернулась, чтобы скрыть улыбку. Ага, Ее Королевскому Высочеству почти удалось отучить Джей-Ти чертыхаться.

— Думаю, может, она уже влюбляется в Митча.

— Что?! — Джей-Ти опять нажал на тормоза, когда машина подкатила к месту парковки возле отеля «Марина».

— Но я ее не виню. Ей нужно немного доброты, каждой женщине нужен мужчина, который ей скажет — ты прекрасна. Она сегодня выглядела потрясающе, правда?

Казалось, Джей-Ти ушел в свои мысли, когда пошел к отелю, оставив Долли сидеть в машине. Она улыбаясь вышла из машины и пошла за ним. По крайней мере, она заставила его задуматься.

В отеле когда-то останавливались богатые, война все изменила, и теперь там было что-то вроде временных квартир для женатых офицеров. Но внушительный старый холл остался прежним, и по-прежнему на углу был магазинчик.

— Подожди! — сказал Джей-Ти, когда они проходили мимо витрины. — Думаешь, ей это понравится?

Он указал на купальник «Каталина», прямо срезанный у ног, с глубоким квадратным вырезом.

— Уверена, — ответила Долли, заходя вслед за ним в магазин. Она помогла ему выбрать пляжный халат, соломенную шляпу — чтобы защитить ее белую кожу, объяснил он, — и большую соломенную пляжную сумку.

— Что ей еще нужно? — спросил он. «Любви», — чуть было не сказала Долли, но промолчала, она не хотела торопить события.

— Что-то, что отвлекло бы ее от Митча. Тут улыбка сползла с лица Джей-Ти.

— У вас есть драгоценности? — спросил он продавщицу. — Бриллианты? Может, изумруды.

Она заморгала глазами.

— Нет, сэр, но у нас неплохой выбор французских духов.

— Отлично. Я возьму по кварте всего, что у вас есть. Нет, лучше по полгаллона.

— Они продаются в унциях, — возразила женщина.

— Ну хорошо, пусть будут унции, — нетерпеливо ответил он. — Ты готова ехать?

— Только схожу наверх и возьму купальник. Джей-Ти улыбнулся.

— Хочешь новый купальник?

«Никогда не отказывайся от подарка красивого молодого человека, — любила говорить мать Долли, — а о цене сокрушайся позже».

— Это было бы здорово.

И это все по вине лейтенанта Монтгомери! Этот ужасный, этот кошмарный мужчина был причиной всего плохого, что случилось с ней в Америке, конечно, за исключением похищения.