Эх, хорошо… рядом, с воющим шлепком в воду обушилась кошка. Вот же противная - была потом охота тащить её на плечах наверх! Женька улыбнулась и даже позволила жёлтым глазам с сузившимся от брезгливости к воде зрачками найти себя. Как же потом, небось, противно киске вылизываться!

    Мысль сплавать на фрегат Женька по здравом размышлении отбросила. Там просто обязана была найтись пара-тройка хороших колдунов, которые обнаружат её даже невзирая на отвод глаз. Ведь неизбежно поднимется шум ввиду лезущих на борт русалок в неглиже, там и пострадать кто-нибудь может. Маменька потом ругаться станет - ну их! Да и кошка следом увяжется, а плавала она так же, как и бегала, только на короткие дистанции.

    Женька развернулась обратно, к чернеющему над обеими полночными купальщицами утёсу. Хорошо живут, стоит признать! Замками и землями разбрасываются, этикетами манкируют - отчего-то её не покидало стойкое ощущение, что драки не будет. Но вот на чём оно основано, девушка никак не могла сообразить. Она подплыла к уступам и стала дожидаться отчего-то по-собачьи плывущую кошку.

    Рысь уже привычным образом взобралась на плечи, ухитрившись даже не поцарапать свою благодетельницу, и поехала наверх с кофортом.

    -  Злыдня ты, - та в ответ обнюхала, щекоча шею и щёку жёсткими усами-вибриссами, и только плотнее вжалась в своё лёжбище.

    А затем осторожно соскочила на уступ. И даже отряхиваться принялась, когда Женька отошла подальше, осторожно ступая босыми ногами. Хотя в потёмках один чёрт ничего было не видать, но неким чудом девушка всё же примечала - и ступеньки, и выступы, и даже вон то вделанное в камень массивное холодное кольцо. Наверняка, примерно как та же кошка, которая уже ткнулась в ногу холодным носом с несомненным намёком - пошли обратно! Там черноглазая хохотушка-служанка с полотенцем и плошкой молока!

    В самом деле, Хуанита уже знала пристрастия госпожи Джейн и её кошмарной кошки к омовениям. И терпеливо поджидала обеих в Женькиной спальне - с парой полотенец и стоящим на столе кувшином молока. Себе кружечку… ум-м, какая прелесть - и киске в миску. Уж та ела либо то, что ей даст Женька, или же что догнала-загрызла сама. М-да, а ведь против ядов меры очень даже эффективные.

    -  Спасибо, и ступай, Хуанита - до утра ты мне не понадобишься.

    Та улыбнулась, изобразила что-то вроде книксена - отличить это от реверанса Женька не смогла бы при всём желании - и исчезла за дверью, мягко притворив ту за собой. А девушка покосилась нерешительно на назапертый засов, и задула свечу. Она и дома-то дверь не запирала…

    Сердце стукнуло так сильно, что Женька на миг испугалась, не провалится ли она вместе с кроватью сквозь пол и почие перекрытия башни. Вот переполоху-то будет! А всё же, какое странное ощущение - ждать и в то же время не ждать. Бояться - и одновременно надеяться. Ведь он всё-таки пришёл.

    Тим с мерцающим синим шариком в ладони нашёл блестящий с подушки взгляд девушки. А Женька смотрела в отблески этих глаз - и самым дурацким образом улыбалась. Умопомрачительно! Скажи ей, что однажды в её спальню тайком как вор, будет красться прекрасный принц, никогда бы не поверила. Обозвала бы дурой и сумасбродкой… но принц застенчиво улыбнулся в ответ. Оглянулся на дверь, и чуть нерешительно задвинул засов.

    -  Как легко оказалось тебя найти - это когда-то была моя комната, я тоже выбрал её подальше от взрослых, - он осторожно присел на краешек постели и отчего-то посмотрел на кошку.

    Словно что-то поняв, рысь на половичке зевнула с негромким утробным подвыванием, а потом бесшумно словно мохнатый призрак шастнула в узкое окно-бойницу. Уж оттуда на кровлю галереи внизу, а там ищите кошку на крышах хоть всю ночь.