– И кто у нас мама?

Хельга отвела взгляд.

– Ну… А может, я вас прямо там и познакомлю, а?

– Нет, ты мне прямо тут всё скажешь. Который из этих домов, – Ромион кивнул на город внизу, – твой.

Хельга сделалась серо-пунцовой и ткнула когтём.

– Вон.

Ромион мгновение изучал его – самый большой и самый сияющий из всех… домов.

– Это дворец?

– Д-да…

– И ты, значит, принцесса?

– Наследница я, – пиная мелкий камешек, вздохнула тролль.

Ромион хмыкнул.

– Да ладно? Это было так сложно раньше сказать?

– Я думала, ты испугаешься, – Хельга внимательно изучала камни под ногами. – Дворец всё-таки…

– Испугаюсь?! – Ромион даже голос повысил. – Да я счастлив! Веди меня во дворец! А папа твой там будет?

– А надо? – опешила Хельга.

– Надо! Очень надо!

Хельга посмотрела на него, как на сумасшедшего.

– Ладно. Ты только так не кричи, хорошо? И это… папа захочет с тобой в шогу сыграть…

– А что это? – Но Ромион тут же отмахнулся. – Ничего, сыграем. Только если можешь, пока мы идём, расскажи мне что-нибудь о вас!

По лицу Хельги было понятно: она уже жалеет, что привела в подземье этого странного человека.

– Ладно… А что?

– Почему у вас так тихо?

"Варвары! – думал позже Ромион, слушая Хельгу. – Да по сравнению с ними варвары – мы!"

Тролли жили под горами – голыми камнями! – и любили, находили красоту в этих камнях, берегли их. В горах тихо – потому тишина стала добродетелью троллей.

– Спокойствие, умиротворение, тишина, – говорила Хельга, словно цитируя учебник, – основа нашего мира.

– Какими же неотёсанными дикарями вам показались люди, – усмехался Ромион, вспоминая дворец Дерека. Король Вении любил, например, громкую музыку, и совершенно не обращал внимания на страдания послов некоторых рас с чувствительными ушами. Эльфы раз сто посылали ему ноту протеста, но Дерек и бровью не вёл.

– Сверху, – Хельга ткнула пальцем в теряющийся где-то в вышине каменный потолок, – очень много звуков и всё всегда шумит. Это, наверное, естественно и нормально.

Ромион хмыкнул, но спорить не стал.

Ни о каком штрафе за шум тролли и не слышали – это просто не входило в их традиции и мировоззрение. Конечно, молодёжи сложно было соблюдать абсолютную тишину, но на то они и молодёжь – традиции же хранит старость.

В ходу был язык жестов – Ромион видел, как Хельга, объясняя ему, часто отвечала на жесты других – глазеющих на них зевак. Точнее, на него – на Ромиона. Очевидно, люди здесь действительно были в новинку.

У них были очень подвижные руки, у троллей, и гибкие пальцы – это Ромион просто не мог не заметить. И ещё тролли были высокими – Ромион им ростом доходил разве что до пояса, и ему приходилось постоянно задирать голову. Хельга по сравнению с её собратьями казалась очень миниатюрной. Впрочем, все женщины здесь были тоньше, ниже и клыки прятали – у мужчин они выдавались сильнее. Их даже украшали – Ромион засмотрелся на одного такого щеголя с посеребрёнными нижними клыками, длинной – длиннее, чем у Хельги – косой чёрных волос, украшенных серебряными шпильками, которым позавидовала бы любая придворная дама в Сиерне. "Они наверняка думают, что я какой-то нищий", – со смешком решил Ромион, мысленно сравнив свой далеко непритязательный костюм с типичным здесь мужским нарядом.