– Кто её отец?

– А? Буран, если верить духам.

Ромион со вздохом потёр переносицу.

– У меня не могла быть просто нормальная жена? Просто. Нормальная! А? Я так о многом просил?

– Вот и я себе то же самое говорю каждый раз, когда Виола пытается меня заколдовать, – вставил Дамиан и усмехнулся.

Ромион посмотрел на него, снова почесал переносицу.

– Между прочим, а куда ты Виолу дел?

– Отвёз к её отцу в другой мир, – со вздохом ответил Дамиан.

Ромион зажмурился, потом резко открыл глаза – только тогда головная боль чуть-чуть отступила. Правда, ненадолго.

– То есть, она в любой момент может упасть нам на голову, и вы примитесь выяснять отношения?

– Да нет… – Дамиан отвёл взгляд. – Не должна… Раньше у неё не получалось порталы ставить… Ну, то есть они обычно открываются у неё не там, где надо, поэтому она боится через них путешествовать… А ещё я её снотворным напоил, и её отцу всё объяснил, он должен её задержать. Ну то есть, у неё всё равно же порталы никогда не получались, да?

Ромион вздохнул. Всё это путешествие и до того было ненормальным, а сердитая принцесса фей просто станет вишенкой на тортике – её-то для полного счастья и не хватает, чтобы всё отправилось в бездну.

– Роми, я с ней разберусь, если что, правда…

– Брат, а вот скажи, – прервал его Ромион, – любить правда больно?

Дамиан изумлённо посмотрел на него.

– Что? Это прекрасно! Это… Да я бы ни за что не променял это… это!..

– То есть, когда ты понимаешь, что Виола будет о-о-очень на тебя сердиться, ты и тогда не жалеешь, что встретил её?

– Нет! Конечно, нет! Я никогда об этом не жалел и не пожалею!

– Даже когда она бросила тебя пять лет назад, и ты стал Властелином?

Дамиан замер с открытым ртом. Потом нахмурился.

– К чему ты клонишь?

Ромион покачал головой.

– Ни к чему. Я просто хочу понять: если любить так больно, зачем тогда всё это? Зачем мучиться от этой боли? Не понимаю.

Дамиан минуту молча смотрел на него, потом, наклонив голову, предложил:

– Представь, что ты летишь с обрыва. Представил? Внизу острые камни, и ты знаешь, что расшибёшься. Ты можешь прекратить падение?

– Есть заклинания…

– Допустим. Но вероятность их применения в полёте меньше десяти процентов, и ты это тоже отлично знаешь. Так вот, Роми, любовь – это такой вот полёт. Иногда это больно, но бывает, ты перестаёшь падать и взлетаешь – и ты ни на что не променяешь этот полёт, поверь мне.

Ромион пожал плечами. Он даже не стал лгать, что понял.

– Зачем тогда вообще падать?

– Допустим, ты оступился и…

– Под ноги смотреть надо, – хмыкнул Ромион.

Дамиан рассмеялся.

– Да, брат, всюду ты соломку себе не подстелешь. В мире Виолы говорят, что любовь нечаянно нагрянет. Ты можешь беречься от неё всю жизнь, но это будет очень грустная жизнь.

– Зато без боли.

– И без радости. Ты не представляешь, насколько это чудесно – просто смотреть на любимую… Просто знать, что она есть. Это как солнце чёрной ночью – ты, может, не видишь его, но оно есть…

– Иногда солнце жжётся, – заметил Ромион.

– Бывает, – Дамиан снова усмехнулся. – Мне будет очень любопытно посмотерь на тебя, когда ты влюбишься.