Ромион обомлел.

– Что ты с ними сделала?

– Поговорила, – Кики улыбалась. – Я умею быть очень убедительной. Любовь моя, я молодец?

– Да…

– Тогда можно тебя поцеловать?

Ромион машинально вытер рот салфеткой.

– Сейчас?

– Да. Можно?

– Хорошо… Но, Кики, я уже просил – мне странно, что ты, а не я предлагаешь подобно… – дальше король продолжить не смог: Кики подсела поближе и мягко коснулась его губ. Её были на вкус мятными, и это совершенно вскружило Ромиону голову.

– Как… Как ты это делаешь? – пробормотал он, когда Кики отстранилась. – Ни одна ещё никогда не кружила мне голову так сильно!

– Просто я люблю тебя, – улыбнулась Кики, и от её улыбки лёд в сердце Ромиона растаял.

Дождь закончился, и выглянувшее солнце грело так, что, казалось, от мокрой земли поднимается пар. Кики согласилась – с удовольствием – прогуляться по саду и всё улыбалась чему-то… Очень красиво. Ромион не мог оторвать от неё глаз, а на сердце было так легко-легко, что королю казалось, он вот-вот оторвётся от земли и взлетит.

Они держались за руки – Ромион подумал сначала, что это будет выглядеть по-детски, но когда Кики вложила свою руку в его, подобные мысли пропали.

В беседке королевского сада капало, и скамьи были мокрыми. Слуги постарались незаметно принести подушек, но лучше от этого не стало.

– На нас так забавно смотрят, – пробормотал Ромион, оглянувшись. Слуги в отдалении, гвардейцы, старавшиеся казаться незаметными, даже придворные, мимо которых король с супругой проходили на пути в сад, – «забавно» смотрели все.

– Правда? – А вот Кики смотрела только на Ромиона, да с таким восторгом, что королю делалось не по себе. – Ну и что? Хочешь, я сделаю, чтобы они нас не замечали?

Ромион покачал головой.

– Королевой не может быть ведьма, – тихо сказал он. – Будь аккуратна, когда колдуешь.

Кики, не спуская с него глаз, кивнула. Ромион снова занервничал – так глазами его не пожирала ещё ни одна из любовниц.

– Тебе… – вопрос давался с трудом, но так и вертелся на языке, – нравится то, что ты видишь? То, как я… выгляжу?

Кики с энтузиазмом закивала.

– Почему?

– Ты прекрасен! – выдохнула девушка и снова улыбнулась. На этот раз улыбка вышла глупой.

"Она сумасшедшая", – подумал Ромион, вспомнив отражение в зеркале. Он никогда не был тщеславным – как, с такой-то внешностью? Но Кики не лгала, а считать его прекрасным мог только сумасшедший.

– Тебе… не жаль, что ты не сможешь быть ведьмой, если станешь моей королевой?

Кики замотала головой.

– Но почему? Разве от судьбы так просто отказываются?

– Ты моя судьба. Я откажусь от чего угодно ради тебя, – прошептала Кики и, подавшись к Ромиону, осторожно отвела упавшую ему на лоб чёлку.

Ромион замер. Налетел ветер, и с увитого виноградом потолка беседки обрушился целый град капель – прицельно на Кики. Та его словно не заметила, даже не моргнула, по-прежнему разглядывая Ромиона.

– Пожалуйста, прекрати, – попросил тот, наконец. – Мне неудобно.

– Что? – Кики встрепенулась.

– Смотреть на меня так. Слишком… пристально. Не надо.

Кики моргнула и, наконец, отвела взгляд.