Кики с улыбкой подала ему руку, и от её благодарного взгляда что-то внутри Ромиона перевернулось. Он не понял, что, и его это испугало – но и привело в восторг одновременно.

Всю дорогу в карете до особняка герцога Фееха Ромион вспоминал океан и вчерашний необитаемый остров. Жар, кусачее солнце, воду, тёплую, как парное молоко, Кики, смеющуюся…

Сейчас Кики молчала – и снова не сводила с Ромиона восторженного взгляда.

"Я же действительно делаю её несчастной, – думал Ромион. – Зачем? Я не смогу её полюбить – я просто не умею. Из-за меня она откажется от магии, от свободы, от своей гармонии… Я этого не достоин!"

Он чувствовал, что объяснять это Кики бесполезно: она снова разразится обещаниями перемен и начнёт признаваться в любви. "Зачем такая любовь, если от неё такой вред?" – в смятении думал Ромион. Да, ему нравилось её восхищение, её энтузиазм – нравилось с Кики целоваться, в конце концов. Да и не только целоваться – Кики была достаточно опытна и умела… Но Ромион был бы последним мерзавцем, если бы удерживал подле себя девушку из одного только эгоизма.

"Это если поверить, что любовь её – настоящая, – напоминал себе Ромион. – А не результат очередного проклятья. Прокляла же она себя один раз – а быть спящей крысой, пусть и всего пару дней, – это подвиг, я бы так не смог. Что если она просто сменила тактику и хочет добиться своего, уже не претворяясь влюблённой, а действительно влюбившись? Приворотное зелье, там, выпила или что-нибудь в этом роде? Ждёт, когда я размякну, и нанесёт удар".

Кики поймала его взгляд и улыбнулась. Она казалась совершенно неопасной – но так было и раньше, когда она действительно собиралась Ромиона убить.

"Без неё было бы проще – и ей, и мне", – пришёл к выводу Ромион. Но у него не хватало духу сказать ей это в лицо. Да и вряд ли бы слова помогли. Кики нашла бы, что ответить и снова убедить его в своей неземной любви. "Как же я запутался", – мысленно вздохнул Ромион и снова скривился от вернувшейся мигрени.

Приём начался гладко, хоть король с королевой на него действительно опоздали – на полчаса. Раньше Ромиона привело бы это в ужас, но сейчас у него была другая пища для размышления. Хорошо – это помогло оставаться спокойным, когда Ромион объяснял придворным (а у герцога собралось, конечно, всё высшее сиернское общество), что Кики выглядит иначе, потому что раньше была заколдована.

– Они не решат, что это удобное оправдание, чтобы найти себе другую жену? – тихо поинтересовалась Кики во время первого танца. Да, она действительно жмурилась.

– Вряд ли – это же легко проверяется заклинаниями.

– Дорогой, ты постоянно забываешь, что я метаморф. Твой брат не сумел меня засечь, а ты думаешь, у твоих слуг есть волшебники сильнее?

Ромион вздохнул.

– Честно говоря, мне плевать, что они думают, лишь бы не бунтовали, – и это было правдой, хоть ещё неделю назад Ромион бы не говорил это так легко.

"По-моему, если кто из нас и меняется, – думал он, – то это я".

– А, я помню этого старика, – Кики нашла взглядом герцога Фееха. – Он нас венчал. И храпел.

Феех и сейчас похрапывал, но из-за музыка его не было очень-то слышно.

– Это хозяин дома, дорогая, будь вежливее, хорошо? Сейчас танец закончится, и придётся сделать перерыв, во время которого тебе нужно будет уйти с другими леди на женскую половину. Ты сможешь там вести себя вежливо и тактично?

Кики вздохнула.

– Если ты этого хочешь… Но почему я не могу остаться с тобой? Вы же сейчас будете говорить о политике, я бы могла помочь.