Изменить размер шрифта - +
— Сейчас у нас есть более серьезные по­воды для беспокойства, чем мои волосы. Ты знаешь, что будет, если у Ирана долбится ядер­ное оружие? Они ЗАКАПЫВАЮТ ЖЕНЩИН В ЗЕМЛЮ ПО ШЕЮ И ЗАБРАСЫВАЮТ КАМНЯМИ ЗА ТО, ЧТО ТЕ СПАЛИ С МУЖЧИ­НАМИ, КОТОРЫЕ ИМ НЕ МУЖЬЯ, Думаешь, такие люди будут долго разбираться, кто заслуживает, чтобы на него сбросить ядерную бомбу, а кто — нет?

— А может быть... — задумчиво сказала ба­бушка, — перекрасить тебя в рыжий цвет? Кет, ничего хорошего не выйдет. С такой стрижкой ты выглядишь прямо как мальчишка с облож­ки комиксов, которые твой отец читал, когда был в твоем возрасте.

Честное слово, с ней бесполезно разговари­вать! С какой стати я вообще решила, что жен­щина, которая безо всяких причин настроена предубежденно против гербер, станет меня слушать?

Иногда мне хочется ее саму закопать в зем­лю по шею и бросать в ее голову камни.

 

7 сентября, вторник, 19.00, мансарда

Майкл пришел! Чтобы пойти со мной на обед в китайский ресторан. В данный момент я «со­бираюсь», а он болтает с мамой и мистером Дж. Меня он пока не видел. И мою стрижку.

Я знаю, глупо переживать — стрижка смот­рится очень мило, мама мне все время об этом твердит. Даже мистер Дж., когда я его спроси­ла, сказал, что ему не кажется, будто я похожа на Питера Пэна или Анакина Скайуокера.

А вдруг Майклу не понравится? В журнале «Шестнадцать» часто пишут, что мальчикам нравятся девочки с длинными волосами. По крайней мере, так говорят парни, у которых они берут интервью на улицах. Им показывали фотографии Киры Найтли с короткими волоса­ми и ее же с длинными, и спрашивали, как им больше нравится.

В девяти случаев из десяти парни выбирали Киру с длинными волосами.

Конечно, среди этих парней никогда не было Майкла. Но все равно...

Ладно, неважно, Майклу просто придется с этим смириться.

Может, если добавить еще немного мусса... Мне слышно, как он разговаривает с Рокки. Хотя никто из нас не понимает ни слова из того, что говорит Рокки — кроме бибика, китти, пе­ченье, еще и МОЕ. Наверное, для ребенка его возраста это нормально и он не страдает задер­жкой развития.

Но разговаривать с ним нелегко. Мне-то, конечно, нравится с ним разговаривать, но ведь он мой брат.

Послушайте, какой Майкл терпеливый. Рок­ки все повторяет и повторяет одно слово: «Би­бика» , а Майкл ему отвечает очень добрым го­лосом: «Да, хороший грузовик». Из него по­лучился бы прекрасный папа. Но я, конечно, не собираюсь заводить детей до того, как закон­чу колледж и поступлю в Корпус мира и поло­жу конец глобальному потеплению.

Все равно приятно сознавать, что когда я буду готова .к материнству, Майкл будет го­тов к роли отца.

Ой, я заглянула в щелку и посмотрела на Майкла! Он выглядит просто клааааассно, такой высокий, красивый, темноволосый, широко­плечий! Кажется, он недавно побрился. Прямо не верится, что прошел целый месяц с тех пор, как я его видела и...

О боже! У меня волосы короче, чем у него!

У МЕНЯ волосы короче, чем у моего бой-френда!

Что я натворила?

 

7 сентября, вторник,

кухня китайского ресторана

Так, ладно, попытаюсь все это понять.

Вот зачем я попросила у Кевина Янга разре­шения несколько минут посидеть на кухне, Мне нужно было побыть одной, чтобы подумать, а в туалете кто-то есть. Кто-то, кто, по-видимо­му, не осознает, что снаружи есть девушка, жизнь которой рассыпается на части и которой нужно сделать вид, что она пошла мыть руки, а на самом деле ей нужно подумать и решить, что делать.

Да, в кухне жарко и полно народу, потому что у Кевина работают все его девяносто двою­родных братьев и сестер, и сейчас время обеда,

и все, похоже, заказали пекинскую утку.

Быстрый переход