— Что ж, мама, — сказал папа, — посколь­ку теперь есть мистер Грир, который обо всем позаботится, полагаю, я могу на какое-то вре­мя вас оставить...

Бабушка только фыркнула.

— Кого из моделей «Секрета Виктории» ты сегодня осчастливишь, Филипп? — полюбо­пытствовала она. Не дав папе времени ответить, она продолжила: — Амелия, вся эта беготня по городу очень плохо отразилась на моей коже, мне нужно сделать массаж лица. На сегодня уроки принцессы отменяются.

— Э-э... хорошо, бабушка. — Мне было очень трудно скрыть, что я испытала облегче­ние. У меня тоже не было времени: мне пред­стояло еще ОЧЕНЬ много чего побрить.

Интересно, подумала я, а она об этом дога­дывается? Может, она потому и отпускает меня домой так рано?

Но нет, этого не может быть. Совершенно невозможно, чтобы моя БАБУШКА на самом деле ХОТЕЛА, чтобы я занялась добрачным сексом.

А вдруг все-таки?.. А иначе с чего бы она...

Нет, ТАКОЙ расчетливой не может быть даже бабушка.

9 сентября, четверг,

квартира Московитцей, 19.00

Ну ладно, я здесь. Я побрилась, помылась, сделала отшелушивание, губки благополучно лежат в моем рюкзаке, — кажется, я готова.

Если не считать тошнотворного чувства, ко­торое все никак не проходит.

У Московитцей просто сумасшедший дом. Майкл упаковывает вещи, а его мама, похоже, думает, что в Японии нет шампуня и туалетной бумаги. Она все пытается подсунуть Майклу в чемодан что-нибудь в этом роде. Она и Майя, домработница Московитцей, съездили в Нью-Джерси и закупили ему в поездку годичный запас всякой всячины типа семейных упаковок «тамс».

Майкл им:

— Мама, в Японии наверняка есть «тамс» или что-нибудь подобное, мне не нужны семей­ные упаковки. И эта гигантская бутыль полос­кания для рта — тоже.

Но доктор Московитц его не слушала, и ког­да Майкл вынимал что-нибудь такое из чемода­на, она тут же пыталась засунуть это обратно.

Вообще-то это немного грустно. Я понимаю ее чувства. Ей просто хочется почувствовать, что она хоть как-то контролирует ситуацию в мире, который стремительно скатывается к хаосу. И, похоже, обеспечивая сына запасом андацидов аж до следующего тысячелетия, мама Майкла чувствовала себя чуть менее бес­помощной.

Мне хотелось сказать, что ей не о чем беспо­коиться, потому что Майкл в конце концов не поедет в Японию, но я не могла — не могла же я поделиться своим планом с НЕЙ до того, как посвятила в него МАЙКЛА.

Вообще-то я ему уже сказала, что мы улиз­нем из их дома, Майклу это не понравилось, он вечно боится разозлить моего папу, и я его по­нимаю ~ этого все должны бояться, особенно если вспомнить, что у папы под командова­нием есть элитное подразделение спецслужбы. Но я видела, что мне удалось его заинтриговать. Он только сказал:

— Ладно, дай я только найду свою куртку, она где-то здесь, в комнате.

Он даже не знал, что куртка ему не понадо­бится.

Только что появилась Лилли, она вышла из своей комнаты с видеокамерой и говорит:

— А, ПД, очень хорошо, что ты здесь. Ну-ка, быстро, назови несколько способов борьбы с глобальным потеплением. Как избежать климатической катастрофы, подобной тем, ко­торые показаны в фильмах «Послезавтра» и «Категория 6»? Что бы ты сделала, если бы правила не только Дженовией, но и всем миром?

— Лилли, — сказала я, — у меня сейчас нет настроения участвовать в твоем телешоу.

— Это не для «Лилли рассказывает все как есть», а для твоей избирательной кампании. Ну-ка, быстро, соберись с мыслями. Представь, что ты обращаешься к парламенту Дженовии.

Я вздохнула.

— Ну хорошо. Вместо того чтобы тратить ежегодно триста миллионов долларов на добы­чу и очистку органического топлива, я бы аги­тировала мировых лидеров потратить эти день­ги на развитие альтернативных, экологически чистых источников энергии, например солнеч­ной и ветровой, или на создание биотоплива.