|
И дело было не только в том, что, судя по всему Майкл, все равно уехал бы в Японию, даже если бы мы с ним сделали Это. Просто у меня появилось ощущение, что мы все-таки не сделаем Это сегодня, потому что на самом деле настроение было испорчено, и я была очень разочарована.
Ведь в каком-то смысле я ждала этого момента с нетерпением. Если, конечно, отвлечься от моего тошнотворного ощущения. — Я знаю, ты считаешь, будто должен доказать, что достоин меня и все такое, — продолжала я, даже не понимая толком, что говорю. Я просто пыталась спасти ситуацию. Я надеялась, что еще есть шанс и если мы все-таки займемся Этим Делом, то Майкл в конце концов передумает. Вдруг он просто не знает, от чего отказывается? — Согласна, твой хирургический робот-манипулятор очень важная штука. Но мне кажется, МЫ важнее. НАША ЛЮБОВЬ важнее. И я думаю, что если бы мы отдали друг другу Драгоценное Сокровище своей девственности, это было бы самым мощным выражением нашей любви. А Майкл спросил: — ЧТО драгоценное? Ну вот, с мальчишками всегда так, они НИЧЕГО не знают. Они знают языки программирования и Ьйп1, разбираются в хирургических роботах-манипуляторах, но как насчет того, что действительно важно? Об этом они мало что знают. — Драгоценное Сокровище девственности, — повторила я. — Я думала, что мы должны отдать его друг другу. Сейчас. Сегодня. И тут Майкл сказал ТАКОЕ, что я просто оторопела. По сравнению с тем, что он сказал, все прочее — то, что он завтра улетает в Японию независимо оттого, займемся ли мы сейчас сексом, — это просто ПУСТЯКИ! А сказал он вот что: — Миа... — Он посмотрел на меня как на сумасшедшую. — Я отдал свое... как ты его назвала... Драгоценное Сокровище... давным-давно. !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! Поначалу я подумала, что неправильно его поняла. Наверное, потому, что когда он это говорил, он СМЕЯЛСЯ. Ясное дело, никто не станет смеяться, говоря, что отдал Драгоценное Сокровище своей невинности. Никто, кто говорит это ВСЕРЬЕЗ. Но когда я посмотрела на Майкла, он перестал смеяться и сказал: — Погоди. В чем 'дело? Почему ты на меня так смотришь? И тут у меня мороз прошел по коже, — Майкл, — сказала я. У меня было ощущение, как будто кто-то резко переключил кондиционер на температуру на десять градусов ниже. — Ты не девственник? А он мне: — Конечно, нет. И ты это знаешь. !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! На что я, естественно, ответила: — НЕТ, Я ЭТОГО НЕ ЗНАЮ. О ЧЕМ ТЫ ГОВОРИШЬ? Тогда Майкл, кажется, встревожился. Наверное, потому что я так громко орала. Но мне было все равно, потому что !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!! — Ну, — сказал Майкл, — наверное, мы действительно никогда это не обсуждали. Но мне кажется, не велика важность... — ТЫ УЖЕ ЗАНИМАЛСЯ СЕКСОМ И ДУМАЕШЬ, ЧТО ЭТО НЕ ВЕЛИКА ВАЖНОСТЬ? ЧТО ЭТО НЕ НАСТОЛЬКО ВАЖНОЕ СОБЫТИЕ, ЧТОБЫ РАССКАЗАТЬ О НЕМ ТВОЕЙ ДЕВУШКЕ????? Честное слово — понимаю, это звучит жалко, — я была готова расплакаться. Потому что... его Драгоценное Сокровище... и он отдал его кому-то другому! И ему даже в голову не приходило, что это достаточно важно, и следовало рассказать об этом мне! — Это было еще до того, как мы с тобой стали встречаться, — Теперь у Майкла был такой вид, будто он по-настоящему испугался. Не сказать, чтобы меня это взволновало. — Я не думал... это было так давно... — КТО? — Я орала и ничего не могла с этим .поделать. Я желала знать, кто она. |
