Это бы, разумеется, случилось, если бы Лилли услышала хоть краем уха про то, что я пыталась использовать её брата, чтобы получить кардиоруку для своей страны и всё такое.

Лана говорит, что это не нечто грандиозное, и я должна просто подойти к докторам Московитцам и сказать привет. Она говорит, что она дружит с родителями всех своих бывших (а это, зная Лану, половина Верхнего Ист—Сайда), даже при том, что она использует большинство их сыновей только для секса или для вещей похуже (...как так? Что может быть хуже использования мальчика для секса? Я даже знать не хочу. В прошлом году Лана взяла с собой меня и Тину в "Розовую кошечку", объясняя это тем, что нам необходимо немного поучиться в этой области. И единственное, что я купила — это массажёр Hello Kitty. Но вы даже не представляете, что купила Лана).

Но Лана никогда не встречалась с парнями так долго, как я с Майклом. И она никогда не была лучшими подругами с сёстрами тех парней и не ссорилась с ними, как мы с Лилли. Так что вопрос "Как дела?" на публичном мероприятии не может быть чем-то грандиозным для Ланы.

 С другой стороны, я не могу подойти к докторам Московитцам и сказать: "О, эй, здрасьте, доктор и доктор Московитц. Как дела? Помните меня? Та девочка, которая продинамила Вашего сына и была лучшей подругой Вашей дочери? О, здрастье, Нана Московитц. Как Ваши рогалики, которые Вы пекли? Ням, я любила их. Хорошие были времена".

 Всё равно. Эта жертва — большое событие (к счастью, тут тонна людей, и я могу остаться незаметной, если сутулиться). Здесь журналисты из всех изданий — от журнала "Анестезия" до "Мира компьютера". Также тут много девиц модельной внешности, скользящих вокруг в узких красных платьях, посылая фонтаны шампанского.

Пока нигде не видно Майкла. Наверное, он в комнате отдыха, и ему делает массаж одна из тех девушек в обтягивающем платье. Это то, чем занимаются успешные изобретатели робота-руки перед тем, как их университету пожертвуют кучу денег. Ну, я так думаю.

Тина говорит, что мне нужно прекращать писать в дневнике и следить, вдруг выйдет Майкл (она не верит моей теории о массаже модели в обтягивающем платье). Более того, она думает, что тёмные очки и чёрный берет, который я надела, только привлекают ко мне внимание, а не маскируют.

Но что знает Тина? Она никогда не бывала в такой ситуации. Она...

О.

Боже.

Мой.

Только что вошёл Майкл.

Я не могу дышать.

29 апреля, суббота, 15:00, Медицинский центр Колумбийского университета, женская комната.

Ладно. Я всё испортила.

Точно-точно, испортила.

Просто... Он выглядит просто невероятно.

 Я не знаю, чем он занимался, когда был заграницей... дрался с монахами в Гималаях, как Кристиан Бэйл в фильме "Бэтман", как предположила Лана. Триша уверена, что это старые добрые тренажёры, а Шамика думает, что дело в комбинировании тренажёров и кардиостимуляторов. Тина говорит, что он просто "нашёл волшебную палочку невероятной классности".

 Но что бы то ни было, его плечи теперь так же широки, как у Ларса, и я очень сомневаюсь, что дело в искуственных вставках в его пальто-костюме от Хьюго Босс, как предположила Лана.

И у него теперь причёска взрослого мужчины, и по каким-то причинам его руки выглядят огромными, и он не волновался, когда пожимал руку доктора Артура Ворда на сцене. Он был непринуждён и спокоен, говоря перед сотнями людей!

И он улыбался, глядя на всех в аудитории по-отдельности, так же, как учила меня бабушка, и ему не нужно было смотреть в бумагу, чтобы вспомнить речь, так как он знал её наизусть (прямо как учила меня бабушка!).

 И он был весёлым и умным, и я сняла свои берет и тёмные очки, чтобы лучше рассмотреть его, и я таяла внутри, понимая, что совершила ужасную ошибку, придя сюда.