Десятки погибших и похороненных в некрополе Семиграде элитных воинов слаженно шагали по мостовой. Каждое движение слажено, точно они единое существо. На каждом парадное обмундирование, в руках оружие. Серебристое напыление на доспехах и сизая сталь клинков тускло поблескивает в лунном свете.

Они шагали, отбивая четкий такт, и ничто не могло остановить их. Зомби, элитные зомби… Не уверена, что они дерутся также великолепно, как и при жизни, но тот, кто решится напасть на меня, сильно удивится.

Они приближались к нам неотвратно, как в каком-то затяжном кошмаре. В первых рядах шагали свежие трупы, без заметных следов разложения. Дальше шли те, кто уже поддался тлену. Замыкали шествие выбеленные временем скелеты, и только доспехи говорили, что это воины из полиса Сатур.

Стон в моей голове стал полной неожиданностью. Отчаяние затопило меня откуда-то из глубин моего естества. Грэм дико кричал. Кричал от отчаяния и ярости.

В первых рядах шло тело Грэма. Оно двигалось в едином ритме с остальными, но как жутко смотреть на него! Сатурийцы-мертвяки остановились в нескольких метрах от нас.

– Подойдите ближе, – Эвгуст властно протянул руку. Три мертвых воина, в их числе и Грэм, подошли к черному магу. – Вы возглавите отряд и станете моими глазами.

Воины звонко ударили наручнями в знак согласия.

– Быстрее всего трупы разлагаются на воздухе, медленнее в воде и еще дольше под землей. Хорошие экземпляры, – тихо произнес маг. – Они вернутся в могилы, как доведут тебя до Хрустальной площади.

– Вы еще и некромант, – обвиняющим тоном прошептала я, – как я сразу не догадалась?

– Да, я могу поднимать мертвых, зачем отрицать? Но некромантия – искусство, которое постичь дано не каждому. Истинный некромант – тот, кто возлюбит смерть больше, чем жизнь. Зои – прирожденный некромант, а я всего лишь подельщик.

Видимо, он говорит об одной из своей свиты, тех, что скрываются под плащами. Честно признаюсь, я пыталась хотя бы сосчитать, сколько у Эвгуста помощников. Но попробуй это сделать, если они все, кроме Аташа, в масках!..

Ладно, не время для чужих тайн… Маг не хотел, чтобы его причисляли к некромантам, и оправдывался передо мной. Вот над этим стоило бы поразмыслить.

Я все еще ощущала внутри тоску Грэма. Ярость ушла, оставив темный горький осадок в душе.

– Ничего не бойся, доиграй свою роль до конца, Эва, и я тебя награжу.

С этими словами Эвгуст поднялся в воздух и исчез.

Аташ подставил мне локоть и, усмехаясь, промолвил:

– Жаль, что ты в фаворе, и я не могу тронуть тебя, ложная принцесса. Но как только он перестанет в тебе нуждаться, я уничтожу тебя. Помни и дрожи от страха, Эва.

Утихнувшая ярость сатурийца поднялась снова и затопила меня стремительной волной.

– Ты первый нанес удар. Ты хотел меня убить. Я помню. Но и ты знай, что я не упущу момент, чтобы ответить, – мои уста шипели мысли Грэма. И я ничего не смогла с этим сделать – я не управляла собственным ртом…

– Принято к сведению, – Аташ дурашливо поклонился и снова предложил опереться на свою руку.

«Что ты себе позволяешь?! – мысленно заорала на телохранителя и добавила, чеканя слова: – Подставлять меня не в твоих интересах, сатуриец».

Грэм не отвечал, и я вздохнула. Не знаю как, но сегодня я встречусь с Тристаном и расскажу, как влипла. Боги, как же я влипла!..

Мертвые сатурийцы были бы великолепны, если бы не вонь. Конечно, ими как марионетками управлял колдун, наблюдая за нашим шествием через избранную троицу. Но слаженный марш не мог не вызвать трепет.

Тишина внешняя и тишина внутренняя напрягали. Безмолвие заставляло вздрагивать при каждом подозрительном звуке, который не создавали члены нашей процессии.