- Очень неосторожно, нельзя свое оружие в трупе оставлять - назидательно сказал встревоженный Шорг.

  - Знаю. Я еще там оставил полкуртки у этой мерзавки в руках - кивнул тупо Блудень.

  - А сапог с шапкой? - не без ехидства осведомилась Экка. Глазенки у нее сверкнули пониманием.

  Паренек устало посмотрел на нее, бледно усмехнулся. Принял шутливый тон:

  - Сапог со штаниной стражникам подарил. Очень уж просили. А шапка с половиной шевелюры у моей бывшей любовницы - горничной, в виде прощального подарка осталась. Невежливо было бросить милую девушку без знака внимания.

  Галяэль переглянулась с Эккой, встретилась глазами с Шоргом. Толстяк побледнел еще больше, хотя из-за потери крови последние дни румяным не был.

  - Очень бойкие мертвецы попались? - спросил Ухорез спокойно.

  - Не то слово. Я такое впервые видел. Честно признаться, когда про замертвяченную Долину цветов папаша рассказывал - думал, что привирает, не может такого быть. Чтобы столько упырей и в одном месте.

  - То есть - они все зомби? - спросил старый эльф.

  - Нет. Они разные. Кухарята - те тупые были и ходили как механические куклы, да еще и натыкались на все, падали все время, как запнутся обо что-нибудь. А моя подружка мало не по стенкам могла бегать. Я когда из ее приветственного хвата вывернулся, попытался на шкафу отсидеться. Так она, словно кошка, по полкам метнулась. Никогда так не умела, хоть и урожденная иллитиири, но она была домашней неженкой. Повезло, успел ей в башку вазу бросить, хорошая ваза была, дорогая.

  - Синийская? - почему-то спросил Шорг.

  - Нет, узор был синий с золотом, таргальская - не удивившись, ответил ему сын.

  - И попал?

  - Конечно, папаша, ты же меня сам учил. В прыжке ее сбил. Только на грохот страж прибежал - тот дверь вынес одним пинком. А дверь была хорошая, с оковкой.

  - Ты не мог бы рассказать все по порядку? - вмешался старикан.

  - Да, виноват, сейчас. Прибыл вечером, обошел вокруг ограды - все как обычно. Подождал до рассвета - там у меня рядом знакомая живет.

  - А горничная?

  - Она - другая знакомая.

  - Много же у тебя... знакомых - тихонько усмехнулась Экка, так, что это заметила только ее хозяйка, да еще Ухорез глаза скосил.

  - Перелез через ограду - у меня там было заготовленное место, лазил там часто, колышки незаметные набил, почти лесенка получилась - усмехнулся Блудень и продолжил:

  - Залез на кухню, там всегда проходил, потому, что перед рассветом только поварята посуду убирают после ночного ужина. Я с ними всегда был в хороших отношениях, они забавные детишки. Были. А тут стояли словно столбики, потом я их окликнул - стали бродить, но как истуканы. Попытался с ними заговорить - молчат. Но идут на голос. Один уронил здоровенную кастрюлю, грохот устроил, так никто не пришел - хотя там два истопника должны бы выскочить.

  Паренек печально улыбнулся, глянул на вытирающего вспотевшую физиономию толстяка и мягко сказал:

  - Папаша, я был осторожнее самых осторожных, потому и жив остался. Даже не очень удивился, что мальчуганы - не живые. Мертвых-то я не раз видал, только те мертвяки не ходили. А эти - ходили. Мертвые, ноги-руки не гнутся. Забрался к своей горняшке. В комнатке у нее все было в полном порядке - сунулся в залу - она к утру должна была там пыль смахивать. Вот там с ней и встретились.

  Полуэльф помолчал, не замечая своего жеста, осторожно потрогал всклокоченную голову.

  - С подружкой было понятно, что она не в порядке - у нее лица не было.