— Галочка…! — он повис на рукаве светло-зеленого платья. И послышался треск, а затем вскрик Ульримы. Я думала, рвется мое платье под крепкими руками беса, и зеленке чисто по-зеленски жаль такую ткань, но ошиблась. Одежда рвалась на наших гостях, потому что они решили чуток вырасти. Ну как сказать, чуток — на полметра вверх, на метр вширь плюс загривки шипастые вздыбили.

— Ой, чельд!

— Я же просил! — взмолился бес Степаненко, и я очнулась от созерцания трех взбешенных зеленых рож.

— Во-первых: они сами начали…!

— Галя! — послышался еще более внушительный треск, и, кажется, то, что было у зеленых под плащами, пошло по швам и рухнуло у значительно увеличившихся босых лап с зелеными завитушками на лодыжках.

— А во вторых: а не пройти ли вам к столам, гости дорогие?! — и улыбочку из личного арсенала для работы с туго соображающими клиентами. В смысле улыбка, которой я могу сиять часа три в ходе длительного обсуждения банкета и прочих торжеств.

— Как-то уже не очень… — начал центральный зеленый.

— Хочется-хочется, — вклинилась я, — аппетит приходит, как говорится, во время еды!

— Эту сожру я! — и огромный когтистый палец центрального собеседника указал на меня. От его оскала я поежилась.

— Кто первым управится с пайком, тот ее и получит, — предложил Вестерион, огромный как Халк и кудрявый как барашек.

— По рукам! — провозгласили двое других и стремительно заняли свои столы. Как стояли, так столы и заняли: центральный уселся за центральным, Вестерион за левым, кривой за правым.

— Чего?! — это опять я. — Что это только что было?!

— Галя, как ты могла?! У нас и раньше шансов не было их накормить! — взмолилась Ульрима, и Эва ее поддержала, — а теперь и вовсе не будет!

— Отсюда подробнее. — Обратилась я к зеленке. — Это твои мужики?

— Только Вестерион, возможно, будущий… — вспыхнула зеленка салатовыми искорками. А я вдруг поняла, что муженек-то не прочь, чтобы его невесту съели.

— Вот ты вляпалась! — объявила, не стесняясь, кивнув на монстра, жрущего все, что под руку попадается. В прямом смысле все! И посуду тоже. К слову, у него стол пустел значительно быстрее, чем у двух других, и я как-то не хотела придавать этому значения.

— Так это наше задание — накормить гостей. — Поняла я, и мой желудок, до этого требовавший жрать и на месте порвать всех, мешающих завтраку, вдруг умолк от испуга.

— Д-да…

— И что? Чего стоим, трусим? Мальчики кушают, — я глянула на гостей и с удивлением отметила, что кушают они много и быстро, почти полностью подчищая столы. А круче всего были их плотоядные взгляды. И если в любовных романах этим взглядам плотоядным предавалось одно значение, то тут совсем другое — не косвенное, прямое. И почему-то все три грозно обещающих взгляда предназначались мне.

От страха я сглотнула:

— И куда влезает? Ульрима, что у них с пищеварительной системой? Одна кишка, а сзади подгузник?

— Галя…! — под тройной вопль двух жертвенниц и мохнатика с гостей слетели прикрывающие их до этого плащи, окончательно открыв вид на великолепную мускулатуру трех оооогромных монстров зеленого цвета.

— Эм…, а не пора ли пополнить угощение для дорогих гостей. — Обратилась я к бесу.

— Ну, Галя!

— Не Галькай…, я нечаянно.