Изменить размер шрифта - +

- Но... - тут Макс замолчал и снова затряс головой, словно пытался пропихнуть на волю застрявшие слова.

- Что еще не ясно? - трагически вздохнул Попов: как вы мне надоели! - Или чем-то недовольны? Тогда надо было говорить сразу.

- На основании чего он решил, что именно Лора... Бельская убила Савченко, а потом покончила с собой? - спросила Оксана.

Вадим кинул на нее косой взгляд. Ее лицо казалось едва ли не бледнее белого свитера ирландской вязки, глаза выглядели двумя темными провалами. Короче, Оксана выглядела отвратительно. И чего лезет опять на рожон, подумал Вадим с раздражением. Неужели нельзя помолчать?

Попов смотрел на Оксану, как старшеклассник на первоклассницу, которая осмелилась спросить его, зачем это он курит за углом школы.

- А с какой стати вам должны об этом докладывать? - изрек он наконец, по-базарному уперев руки в боки. - Повторяю, если вы не удовлетворены, надо было говорить сразу.

- Да нет... но... - растерялась Оксана. - Просто хотелось знать.

- Меньше знаешь, как говорится, лучше спишь.

- Послушайте, - не вытерпел Вадим, - наверно, нам действительно придется воспользоваться вашим предложением.

- Это каким? - саркастически поинтересовался Попов, по-прежнему стоя фертом.

- Сообщить в консульство о вашем безобразном, хамском поведении.

- Да на здоровье. Но прежде чем сделать это, подумайте, не будет ли хуже.

- Вы нам угрожаете? - приподнял брови Макс.

- Примерно, - согласился Попов. - Знакома вам эта вещичка?

Нет, этот Попов все-таки не клоун, подумал Вадим. Он фокусник. Вот только что его руки были пустыми, как вдруг - раз, и в них до тошноты знакомая зеленая тетрадка.

Вот теперь стало понятно. В суматохе о ней все забыли. Наверно, Попов прибрал ее к рукам, как только в дом вошел. Понятно и то, почему он так настойчиво интересовался, чем именно Савченко шантажировал его и Оксану. В дневнике Генкином этого уже не было - предчувствовала Оксанка, что ли? - а знать ну очень хотелось, для комплекта. Макс и Лида - это как-то жидковато. И кассетами очень интересовался: что за Валгалла такая. Надо же, шантажисты плодятся, как мухоморы.

- Скажите, господин Попов, - в данной ситуации Вадим мог позволить себе улыбнуться, - а зачем вы тогда так настоятельно допытывались, куда делся дневник?

- Просто вы, господа, на самом деле элементарные засранцы, поэтому смотреть на вас, когда вы начинали топтаться с ноги на ногу, было просто удовольствие...

- Может, у вас тоже рак и вас тоже надо убить - милосердия ради? Знаете, раньше даже кинжал такой был, специально для добивания раненых. Назывался мизеркордия, - вполне невинно перебила его Оксана. - Просто Гена Савченко примерно так же себя вел. А у нас, наверно, выработался условный рефлекс.

Но Макс и Лида не были настроены так весело.

- Послушайте, - начал Макс, нервно крутя в руках расческу, но Лида его опередила:

- Сколько?

- Сколько? - переспросил Попов, хрустко проводя ногтем по обрезу тетради. - Вы у нас богатые наследники, скупиться не пристало. По двадцать тысяч с носа - это скромно.

- Ха! И еще раз ха-ха! - прокомментировал Вадим.

- А я не с вами разговариваю! - огрызнулся Попов и повернулся к Максу: - Ну как?

- Поймите вы, - пытался втолковать ему Макс, вытирая со лба крупные капли пота, - у нас сейчас денег только до дома добраться. На такси и то не хватит. Мы же все расходы по покойникам оплатили. А еще за гостиницу надо будет заплатить и жить три дня.

- Ничего, ничего, я не тороплюсь. Дневничок у меня останется. Летом приеду в отпуск, как раз полгода пройдет. Найду вас. А то дом могу взять.

- Нет, только не дом! - взвизгнула Лида. - Лучше деньги.

Миша брезгливо сморщился. Все это время он сидел в стороне и молчал, наблюдая за происходящим. Он словно невзначай повернулся к Вадиму и едва заметно приподнял подбородок.

Быстрый переход