— Его зовут Хэл, — просветил Малфой. — Или Гарольд.

— Спасибо, — искренне произнес тот. — Дай пять… Да не так, всему вас учить надо!.. Ой, нет, мадам Хуч, отстаньте вы с этими взысканиями, я уже понял: летать я не буду. Ну нафиг!

Глава 8

Северус Снейп долго готовился к беседе со своим студентом. Гарри — Хэл — Поттер оказался в самом деле неуправляем, непредсказуем и явно опасен для окружающих. Поправка: для тех окружающих, которые ему не нравились. Вторая поправка: таких было большинство.

Кричать на него было бесполезно: Поттер демонстративно затыкал уши и с интересом наблюдал, как беснуется профессор. Можно было бы обездвижить мальчишку, но что толку? С такими наклонностями… да его все годы обучения пришлось бы под Империо держать! Да и не стоило этого делать: помимо всего прочего, Поттер был еще и очень злопамятен и изобретателен, так что непременно нашел бы способ отомстить, может, не сразу, но… Как-то не хотелось проверять, до чего может дойти этот пытливый ум!

"Дожили! — невольно подумал Снейп. — Всем, скажем так, педагогическим коллективом не можем справиться с первокурсником!"

Он знал, что директор несколько раз пытался поговорить с мальчиком по душам, но не преуспел в этом: от угощения тот отказался, а посмотреть ему в глаза не удалось по причине страшного косоглазия Поттера. Ему самому этот дефект явно не мешал, но работу легилимента сильно осложнял! (Флитвику это как-то удалось, но, видимо, только потому, что Хэл ему худо-бедно симпатизировал.)

Отчаявшаяся МакГонаггал предложила было подливать Поттеру какое-нибудь успокоительное или что-то в этом роде, заявив: "Северус, ты лучше разбираешься, сделай что-нибудь!" Но тут на нее ополчился Флитвик, заявивший, что пичкать мальчика зельями — это уже чересчур! Его поддержала мадам Помфри, к которой Поттер пару раз заглядывал добровольно: услышал, что волшебники могут вырастить заново кости, и явился за зельем — вернуть на место выбитые зубы. Ну и так, подлечить кое-что по мелочи…

В итоге Поттеру задушевные беседы надоели, он проигнорировал одно приглашение директора, второе, а будучи отконвоирован в кабинет Снейпом, прямым текстом послал обоих… далеко, одним словом, послал и крайне изобретательно.

— Мистер Поттер, — начал Снейп. — Вы понимаете, что из-за вашего поведения страдает весь факультет?

— Да, сэр, — преспокойно ответил тот. — Но я не виноват, что тут настолько уебищная система, поэтому… — Мальчик развел руками. — Меня изменить не выйдет, систему тоже, но можно договориться!

— Что? — опешил Снейп.

— Договориться. Словами через рот. Или буквами. На бумаге, — терпеливо пояснил Хэл. — Суть простая: ко мне никто не лезет — я ни к кому не лезу, учусь и все такое. А мытье котлов мы с вами уже обсудили, и не раз, сэр!

— Да, Поттер, обсудили, — мрачно ответил тот. — Вы можете хотя бы не калечить окружающих?

— Конечно, — легко согласился тот. — Если они ко мне лезть не будут. А то у меня разговор короткий, я ведь и бритвочкой полоснуть могу, если сильно достанут.

Снейп поперхнулся.

— Идите, — велел он, невольно передернувшись, потому что прекрасно видел: такой и впрямь может полоснуть.