|
- Наверное, именно поэтому я не очень рассчитываю на успех, - откликнулась Алина. - И все же мне причитается шанс, хотя бы один. Месье, он заключается в том, что вы должны спасти меня. - Что я и пытаюсь сделать. - Я не это имела в виду. Я имела в виду, спасти меня от вас. Я в вашей власти; признаю это. И прошу вас быть великодушным. Терпение Стеттона истощилось. - Но чего вы хотите? О чем вы говорите? Мне кажется, я уже был достаточно великодушным. И в самом деле, разве на данный момент больше двух сотен тысяч франков наличными не заперты наверху, в столе мадемуазель Солини? - Вы были великодушны, - согласилась Алина, - и даже более того, на что я могла рассчитывать. Но сейчас дело не в этом. Мне не нужно денег, месье, я хочу быть свободной. - Быть свободной? - подозрительно спросил он. - Да. Разве вы не понимаете? Месье, три месяца назад, - а кажется, что прошло много лет, - я обещала вам выйти за вас замуж. В то время я очень хорошо понимала, что делаю, и шла на эту сделку охотно; и в самом деле, какой у меня был выход? Я была в большой опасности... без помощи... я должна была заботиться не только о себе, но и о Виви. Но с тех пор я питаю отвращение и ненависть к самой себе за это. Вы джентльмен, месье. Я прошу вас отпустить меня. - Что? Что? Вы... - Подождите... Дайте мне договорить. Несмотря на то что я презирала себя, я все же имела нерушимое намерение сдержать слово, как только благополучно устрою брак Виви. Такое намерение сохранялось у меня до вчерашнего дня. Но вчера, - здесь голос мадемуазель Солини дрогнул, казалось, она боролась с чувствами, - вчера, месье, один благородный человек - джентльмен - просил моей руки. - Принц! - с яростью вскричал Стеттон. - Я не сказала, кто это был, месье. Это было бы нечестно по отношению к нему. Но теперь вы знаете, чего я хочу. Его предложение делает мне честь. Я прошу вас разрешить мне принять его. Она остановилась, глядя на Стеттона из-под опущенных ресниц. По тому, как он молча смотрел на нее, он, казалось, был тронут. Наконец он сказал: - Но это невозможно! Я люблю вас! - Месье, вы не можете отказать мне. Я умоляю вас... Я умоляю вас о милосердии... Он повторил еще более твердо и окончательно: - Это невозможно. Я не могу отпустить вас. Поведение Алины внезапно изменилось. Она подняла голову и с вызовом посмотрела прямо ему в глаза: - Вы не дадите мне свободу... не освободите меня от обязательств? - Нет. - А что, если я сделаю как хочу? - Не посмеете. - Вы решитесь выдать меня? - Да, если вы меня к этому вынудите. Наступила тишина. Алина опять опустила глаза. Потом взглянула на него снова и сказала безнадежно: - Что ж, хорошо, месье. Но тогда еще одно... Знайте, я не позволю вам меня позорить. На нашем с вами договоре поставлена точка. Стеттон с изумлением смотрел на нее: - Но что вы собираетесь делать? Алина ответила тем же тоном, в нем слышались безнадежность и отвращение: - Что я могу сделать? Мне остается лишь. |
