— Ну, Вилф Анзор, — спросил по шлемофону маячащий на экране Бородов, — готов ты взять «Колдуна»?

— Готов, доктор, — усмехнулся Брим. Гравигенераторы у него под ногами ревели на максимальном режиме, и счетчик световой скорости показывал 0,97. — Будут какие-нибудь инструкции напоследок?

— Все должно быть так же, как на тренажерах, за исключением температуры, — нахмурился Бородов. — С ней мы, к сожалению, справиться не смогли.

— Температурные проблемы меня не пугают, доктор. — Брим машинально затянул ремни и поставил гравитацию кабины на максимум. — Но приглядывайте за мной на случай, если «Колдун» вздумает двинуть в другую галактику, как его предшественник.

— Приглядим, — заверил Бородов. — Удачи тебе.

— Спасибо. — Брим посмотрел на приборную панель. Он уже знал, что плазменный дроссель отличается высокой чувствительностью из-за подвышенной потребности «Колдуна» в энергии. Само по себе это было не страшно. Плазму, поступающую по трубопроводу, либо потребит сам кристалл (напрямую преобразующий физическую энергию в гипертягу), либо она уйдет в космос через автоматический клапан, который активизируется, когда давление гравитронов превышает определенный предел. Проблема в том, чтобы умело регулировать количество поступающей на кристалл энергии. Слишком малая доза приведет к катастрофе — скорее всего расплавится выхлопная труба. Слишком большая часто приводит к взрыву, особенно когда подается на холодный кристалл. В любом случае последствия будут фатальны для корабля такого размера, как М-5.

— Индуктивность ноль шестьдесят четыре Теслы, — передал Брим, направляя высокочастотный импульс к источнику плазмы. Тон работы гравигенераторов слегка изменился, но счетчик световой скорости не превысил отметки 0,97.

— Ноль шестьдесят четыре индуктивность, — повторил Бородов.

С великой осторожностью Брим открыл дроссель до первой отметки. Целый сектор у него на панели сразу сменил цвет с зеленого на желтый — давление плазмы на кристалл стало расти, и гораздо быстрее, чем показывали тренажеры. Брим открыл клапан сброса, чтобы уменьшить поток. Счетчик давления крутился намного быстрее, чем Брим ожидал. «Колдун» проявлял резвость.

— Слишком большое давление для холодного кристалла, — тревожно предупредил Бородов с экрана.

— Знаю, — сквозь зубы ответил Брим. — Я открыл сброс, но давление продолжает расти. Никак не могу его понизить. — Он поморщился от мысли о том, как кристалл взорвется в нескольких иралах у него за спиной, открыл сброс пошире, и давление сразу упало ниже минимума. Пришлось начинать все сначала.

Брим нажал кнопку настройки гипердвигателя и откинулся назад, унимая расходившиеся нервы. Не «Колдун», а просто демон какой-то.

— Первым делом надо будет поменять этот проклятый плазмодроссель, — проворчал он Бородову.

— Я возьму это на заметку, Вилф, — кротко ответил медведь.

Глянув на счетчик давления — который больше ничего не показывал, — Брим снова закрыл сброс. Давление вернулось, и на этот раз индикаторы на пульте зажглись красным. Брим решил взять ситуацию в свои руки. Если он не может отрегулировать подачу энергии, весьма вероятно, что сам двигатель будет послушнее.