Луч света озарял контуры тела, лежащего под простыней на большой кровати в центре комнаты.

Нилла прошла в комнату, тихо закрыла за собой дверь. Она миг стояла, прижавшись спиной к двери, ручка впивалась в спину. Запах крови и смерти почти прогнал ее. Когда она открыла глаза, чтобы осмотреться, они быстро привыкли к полумраку, как всегда.

Там… на спинке стула у холодного камина. Мантия мифато, красиво вышитая. Зеленая, синяя и лиловая с золотыми нитями. Как… как…

Простыня была в пятнах крови, еще ярко-красной и свежей. Нилла смогла пересечь комнату и тихо встать рядом с трупом. Она пару мгновений не могла найти смелость сдвинуть простыню и увидеть то, что ей нужно было. Ей нужно было знать? Может, всему этому было простое объяснение. Это было не ее дело. Она не была связана с интригами магов. Не была.

Но это, конечно, было ложью.

Подавляя скуление, Нилла сжала край простыни и отодвинула ее, увидела странно спокойное лицо мертвеца. Она охнула.

Это был не Гаспар. Этот мужчина был намного старше. На несколько десятков лет, если она угадала, с мягким обвисшим лицом, мешками под глазами. Не Гаспар. Не Гаспар…

Радость, которую она ощутила в первый миг, вскоре пропала. Нилла отодвинула простыню сильнее. Каждый дюйм плоти мужчины от шеи и ниже был порван. Одеяло под ним промокло, большая лужа запятнала ковер, на котором стояла Нилла.

Ни один человек не должен был спать во время такой пытки. В нормальных обстоятельствах.

Было только одно объяснение. Одна ужасная правда.

- Она тут, - прошептала Нилла. – Она свободна.

* * *

Оставалось два часа до заката, когда Нилла добралась из Эстварда в район Нортон. Стражи у ворот района не впускали ее без проверки, но она знала место, где могла перелезть через стену с минимальным риском быть замеченной, и вскоре она тихо двигалась от улицы к улице, всегда оставаясь вне поля зрения патруля.

Она приближалась к университету Мифатес, ее шаги замедлились, и она кусала щеку изнутри. Одно дело – перебраться через стену. Другое – проникнуть в университет. Она уже делала это раньше. Но тогда у нее был шанс подготовиться.

Теперь она не могла тратить время. Нужно было войти. Найти Гаспара. Нужно было…

- Чушь, - она посмотрела на врата университета из своего укрытия в переулке. Стражи патрулировали стену сверху. Не самые настороженные, но их было много, и забраться на стену в свете дня не получится.

Она оглянулась на солнце. Скоро оно сядет. И Дева Шипов снова будет ходить по Вимборну.

Попятившись в переулок, Нилла прошла к западным вратам, которые использовали слуги. Там точно должны быть люди в это время вечером. Она нашла место в тени хорошего жилого дома, откуда было видно врата, и ждала. Каждый дюйм ее тела хотел подрагивать от нетерпения, но она заставила себя замереть. Умение замирать было важной уловкой вора. Не важно, какими быстрыми были ноги или какими ловкими были руки, если вору не хватало терпения выждать нужный миг.

Но, как бы она ни замирала, она не могла помешать капле сожаления проникнуть в ее разум – сожаление из-за работы, которую она отбрасывала. Она не посмеет вернуться в прачечную сейчас, часы спустя. Эйнсли натравит на нее Зеленых капюшонов. Она не простит ее.

Нилла подавила вздох. Работа была хорошей. Не с будущим, но разве девка с Драггс могла переживать о чем-то эфемерном, как будущее?

Это не было важно, с горечью напомнила себе Нилла, глядя на врата. Если Дева Шипов была свободна, вскоре ничто не будет важным.

Она видела физический облик носрайта. Она видела ненасытную жажду крови. Может, он не сможет обрести физический облик в мире смертных, но…

«Она пустит корни и медленно распространится от разума к разуму.