— Ты слышал, Мишка?! — прогудел мужик в якорях. — Он тебя уже гражданином назвал! Точно тебе говорю — хочет тебя этот мент под срок подвести!

В этот напряженный момент за спиной Василия раздался странный звук, отдаленно напоминающий скрип тормозов видавшего виды «запорожца». Участковый обернулся на этот звук и понял, что его издала грустная коза. Она окончательно разочаровалась в пододеяльнике, который жевала до сих пор, и переключилась на простыню в бабочках и стрекозах, решив проверить ее вкусовые и питательные свойства. В то же время Василий увидел несущуюся от соседнего дома коренастую раскрасневшуюся бабенку в сиреневом ситцевом халате, вооруженную здоровенной деревянной скалкой.

Как известно, бейсбол не относится к популярным видам спорта в нашей стране, поэтому бейсбольные биты не попадаются у нас на каждом шагу. Зато хорошую деревянную скалку можно еще найти во многих домах, а она является ничуть не худшим оружием ближнего боя, чем бейсбольная бита. Участковый Уточкин не раз видел, какие серьезные ушибы и даже более значительные травмы наносятся скалкой, поэтому с опаской следил за приближающейся особой и даже машинально потянулся к кобуре.

Однако тут же выяснилось, что скалка угрожала вовсе не ему.

— Ты, профурсетка окаянная, что же делаешь? — завопила бабенка, подбежав и обрушив свой гнев на грустную козу. — Ты что же, зараза непрописанная, вытворяешь?

Коза отскочила в сторону и завертелась, пытаясь избежать встречи со скалкой. При этом она окончательно стащила простыню на землю, чем еще больше разозлила хозяйку.

Пару раз огрев животное, женщина повернулась к доминошникам и заорала на пределе громкости:

— А ты, козел безрогий, куда глядишь? Я тебя зачем во двор выпустила? Чтобы ты с дружками своими по столу стучал? Я тебя выпустила, чтобы ты за Кларкой присматривал и за бельем тоже! А ты, балбес, и не думаешь…

— Валя! — пробасил Михаил Борисович, приподнимаясь из-за стола. — Я следил… а что мы тут играем, так кому от этого вред? Мы же, как говорится, приятное с полезным…

— Какое там приятное! — не унималась Валентина. — От тебя ничего приятного уже двенадцать лет не происходит, а пользы и вообще как от козла молока! Вон уже милиция по твою душу пришла! Что ты опять натворил?

— Ничего такого я не натворил! — пытался утихомирить жену Кукушкин. — Товарищ просто хочет выяснить, где конкретно я находился вчера поутру…

— Да где ты можешь находиться?! — вопила Валентина. — Ты только здесь и находишься — с дружками своими окаянными пиво хлещешь и козла забиваешь! И поутру, и посреди дня, и до самого вечера! Вы потому и любите так козла забивать, что сами чистопородные козлы!

— Постойте, гражданочка! — перебил женщину Василий, которому надоело выслушивать бурную сцену из супружеской жизни. — Значит, вы подтверждаете, что ваш муж, Михаил Борисович Кукушкин, вчера находился здесь и никак не мог оказаться в санатории «Солнечный берег»?

— Он? В санатории? — Валентина громко расхохоталась. — Да кто его туда пустит? Вот мне бы, конечно, хорошо в санатории подлечить нервы, которые я через него расшатала!

— Значит, вы подтверждаете… — начал заново участковый.

— Ничего я не подтверждаю, не имею такой привычки, а только он точно здесь торчал, с утра до вечера.

И Валентина рассказала, что с утра выпустила мужа во двор, поскольку он есть все равно личность в домашнем хозяйстве бесполезная, а там, во дворе, может, хоть присмотрит за сохнущим бельем и за пасущейся козой по имени Клара Цеткин, которая получила свою кличку за склочный характер.