Андрея снова захлестнула удушливая волна обиды.

– А мне ей трудно позвонить, да?

– Она же о тебе печется! – прижала Валя руки к груди. – Каждый раз о тебе спрашивает!

– Я не понимаю, не понимаю, почему она не хочет со мной общаться.

– Ну, ты пока вообще мало что о женщинах знаешь. Давай я чаю поставлю, а?

– Поставь – хуже не будет.

– Понимаешь, – продолжила Валя, наливая из дежурной бутылки воду в чайник. – Женщине очень важно, как она выглядит… Перед свиданием мужчина думает: «Что я скажу?», а женщина: «Что я надену?» Вот она хочет немного отдохнуть, успокоиться и тогда с тобой встретиться.

– Это она тебе сказала?

– Нет, но… Я тоже вроде как женщина. Мне это очень понятно. Я бы и сама так поступила.

Валя разлила кипяток в чашки.

– Анечка к тебе очень хорошо относится, – повторила как можно убедительнее. – Она обязательно с тобой свяжется. Потом. Просто надо подождать.

– Я умру, пока дождусь, – обреченно проговорил Андрей, сосредоточенно разглядывая, как темнеет чай в чашке. – На могилку она ко мне приедет, а? Слезу пролить?

– Ох, голубок, ну что ж ты такое говоришь?! Люди же, случается, десятилетиями друг друга ждут!

– Я не хочу столько ждать, – упрямо повторил Андрей.

– А-а! Андрюша здесь!

Дверь с треском распахнулась, и на пороге появился Борода.

– Как кстати!.. А ты чего пришел?

Андрей начисто забыл, «чего он пришел», ему понадобится усилие, чтобы вспомнить.

– Эниологи материал обещали прислать, – вяло ответил главному.

– А… Это хорошо. Если ты не очень занят, съездишь тут?…

Он умильно улыбался, только что не подпрыгивал на месте. Андрей пожал плечами.

– Съезжу.

– Это на часик, самое большое.

– Да съезжу, не проблема. Говорите, что надо.

– Для настоящего журналиста нет слова «нет»!

…Дениску начали искать почти сразу, в тот же день. Милиция даже не стала выжидать положенных троих суток – пропавшему было всего пять лет. Он вышел во двор и пропал. Как в воду канул. Милиция прислала проводника с собакой, та покрутилась около дома, виновато поглядывая на проводника и повизгивая от бессилия, но следа так и не взяла. Похоже, парнишка даже не выходил со двора. Родители, люди небогатые, уже ждали звонка с требованиями выкупа, но его не последовало. Сочувствующие из ближайших домов организовали прочесывание окрестностей по расширенному радиусу – ничего. Мать была в невменяемом состоянии, отец – отчаянно пьян. В округе стали поговаривать о похищении с целью разобрать мальца на запчасти…

Все разрешилось счастливым, но совсем неожиданным образом.

– …Я не понимаю, как я не почувствовала, – говорила Андрею мать, чуть покачивая Дениску, словно грудничка. – Как не почувствовала, что он совсем рядом?

Глаза ее были опухшими от слез, и, похоже, она все еще не могла оторваться от ребенка. А спасла Дениску не милицейская овчарка, а крошечная собачонка – «чупа-чупс с глазами», как называл таких Андрей.

…Весь квартал уже третий день жил в условиях ЧП. Родители не выпускали детей гулять – пошла вторая волна слухов, теперь о «маньяке». Тогда же во дворик вывели, точнее, вынесли на ладошке погулять восьмимесячную йоркширскую терьериху, собачьего пупсика с кокетливым бантиком на темечке. Та, торопливо присев по надобности, вдруг бросилась изо всех ног в кусты, где ожидал своей участи… старый промышленный холодильник.