— Ни один из нас не играет в этом никакой роли, — сказал я.

— А я играю. Безусловно, играю… И перестань меня донимать.

— Послушай, ты что же, не знаешь, сколько подружек у Джека Кеннеди?

— Мне наплевать.

— Да у него по девочке в каждом порту.

— Откуда тебе это известно?

— Очевидно, известно. — Недавно Проститутка прислал мне список, составленный ФБР.

— Почему ты не говоришь мне, откуда ты это знаешь?

— Может, я видел парочку отчетов.

— И я там есть?

И она расхохоталась, увидев выражение моего лица, а я понял, что ее преданность Джону Фицджералду Кеннеди превратилась в ярость и теперь ей доставляла удовольствие мысль, что она стала предметом внимания незнакомцев, читавших о ее похождениях в отчетах. Мне пришло в голову, что она, наверное, не раздумывая раздевалась возле незашторенного окна.

— Не возражаешь, — перевела она разговор, — если мы обсудим Сэма? Он презабавный тип.

— Вот уж мне он никак не кажется забавным.

— Да нет, он именно такой. И под настроение так и сыплет непристойностями. Выходит презабавно.

— То есть?

— Дай-ка мне еще затянуться. — Она сунула в рот мою закрутку. — Любит поговорить о сексе. И, как и ты, хочет знать, насколько Джек силен в этом деле.

— И ты ему рассказывала?

— Соврала. Я изобразила Джека похожим на тебя, сказала, что он может быть очень внимательным.

— А на самом деле он не такой?

— Конечно, нет. Он слишком много работает и слишком устает. Джеку нужна женщина, которая всецело посвятила бы себя ему.

— В каком смысле?

— Ну, ты знаешь, в каком.

Я почувствовал, что действительно знаю.

— И что на это сказал Сэм? — спросил я.

Она перевела взгляд с телевизора на меня. В ее лице не было ни грана раскаяния, и в то же время она была необычайно хороша.

— Сэм сказал: «Детка, если я когда-нибудь приткнусь губами к твоему умм-умм, гарантирую, ты уже никогда не захочешь ничего другого».

— Ну ты меня и сразила. Сэм так сказал?

— Да, — подтвердила она.

— Тебя это соблазняет?

— Сэм хочет всю меня, до последней ложбинки. Разве такому можно отказать?

— А разве я не хочу всю тебя?

— Да, — сказала она, — хочешь. И вовсю стараешься получить. И в конце-то концов, почему бы не удовлетворить это твое желание?

И она рассмеялась не без горечи. Около трех часов ночи по телевидению объявили: «До сих пор не поступило никаких заявлений от Никсона. Однако Иллинойс явно встает на сторону Кеннеди, и, учитывая победу в Техасе плюс сообщения из Пенсильвании и Мичигана, похоже, что демократы выигрывают, это позволяет нам выйти из эфира с твердой уверенностью, что Джон Фицджералд Кеннеди победил на выборах».

Модена издала победный клич и выключила приемник.

— Я знаю, что он скажет утром, — наконец произнесла она.

— И что же он скажет?

— «Мы с супругой готовимся принять на себя обязанности новой администрации и пополнить семью ребенком».

— Откуда ты это знаешь? — спросил я.

— Может, он репетировал это со мной. Он ведь дьявол.

— Ну, все мы дьяволы.

Она наградила меня страстным долгим поцелуем, после чего мы занялись любовью, и я хотел ее всю, до последней ложбинки. В конце концов, почему бы и нет?

33

25 ноября 1960 года

Сын!

Я все откладывал писать тебе, но в штаб-квартире после выборов тихо — сидим и ждем, что будет с нами.