Я больше, чем когда-либо, обращаю внимание на крупномасштабную карту залива Свиней, что висит в Оперативной. Я вижу в этом плод технической магии, противостоящей супу, изготовленному mayombero.

Опять-таки 12 апреля, позже

Новое известие занимает нас всю остальную часть дня. Советский космонавт Юрий Гагарин облетел на космическом корабле вокруг Земли. Иными словами, выражаясь новым для нас языком, совершил облет нашей планеты в космической капсуле. Настроение у большинства в Эпицентре мрачное. Это страшный удар. Как могли русские выиграть гонку за космос? А отец смотрит на это оптимистически. «Лучшего времени для такого события быть не может, — говорит он. — Это заставит ирландца Кеннеди иначе смотреть на высадку».

Никто здесь не произносит «залив Свиней». Мы говорим о Красном береге, Голубом береге. Краски Нормандии? Травы? Иводжима?

13 апреля 1961 года

Я пропустил одно интересное высказывание Джека Кеннеди на вчерашней пресс-конференции: «Приговор, вынесенный мистеру Масферреру из Флориды за подготовку вторжения на Кубу с целью установить там режим, какой существовал при Батисте, говорит о том, как относятся у нас в стране к тем, кто хочет создать подобный тип администрации на Кубе».

14 апреля 1961 года

Сегодня, за три дня до начала операции, Бригада уже была в море. Наше войско посажено на пять старых корыт, операция называется «Canama». Завтра, за два дня до начала, восемь принадлежащих эмигрантам «Б-26» поднимутся в воздух с никарагуанской базы близ Пуэрто-Кабесас и нанесут удар по трем аэродромам Кубы. Мы хотим не только уничтожить авиацию Кастро, но и доказать всему миру, что операция осуществлялась кубинскими беженцами на кубинских самолетах, купленных кубинцами. В Эпицентре преобладает мнение, что крупная воздушная атака в день высадки выглядела бы уж слишком по-американски. Нас с Хантом, однако, тревожит принятое решение. Бомбежка аэродромов за два дня до высадки даст Кастро время разгромить нашу сеть. Таким образом, в день вторжения на Кубе может не оказаться серьезного подполья. Поздно вечером мы спорим по этому поводу в нашей гостиной, и Кэл не согласен с такой логикой, а я впервые понимаю, как правильно рассчитывает свои шаги Аллен Даллес. Сам он отправляется завтра в Пуэрто-Рико для выступления, о котором было договорено несколько месяцев назад, — будем надеяться, это побудит кубинскую разведку счесть, что высадка произойдет не так скоро, — в результате я пришел к выводу, что только мистер Даллес способен на столь холодный расчет: если в нашу сеть на Кубе просочились люди Кастро и она служит ему не меньше, чем нам, тогда пусть Кастро арестовывает десятки тысяч кубинцев. При этом он скорее всего посадит за решетку немало своих двойных агентов, и это плохо отзовется на моральном состоянии его разведки. Ну а что до морального состояния нашего подполья… на это можно не обращать внимания.

Ханта и Филлипса волнует также то, что миллионы листовок не будут разбросаны во время воздушного налета за два дня до вторжения. «Б-26» будут до предела загружены тем, что может уничтожить самолеты Кастро. Потом, если будут еще воздушные налеты (а никто толком не знает, сколько налетов разрешено, и Филлипс принялся стучать кулаком по столу от досады, что он никак не может этого узнать), нам, возможно, разрешат сбросить какое-то количество бумаг, но всякая мысль о перевороте типа гватемальского, похоже, отложена в дальний ящик. Стремясь нас умиротворить, нам говорят, что листовки будут доставлены на кораблях.