– Перестань ворчать! Мы просто хотим осмотреть чердак.

– Мистер Вейнрайт не говорил, что там есть призраки, – не унимался Льюис. – Ты хочешь увести мисс Вейнрайт, чтобы она была только с тобой.

– Ничего ты не понимаешь. Я уверен, что мать кто-то пугает чучелом призрака, спуская его с чердака и раскачивая перед ее окном. Ее хотят запугать. Мы идем, чтобы посмотреть, не найдутся ли улики.

– Я пойду с вами, – заявил Льюис, бросив ревнивый взгляд на Чарити.

Она сделала вид, что не замечает. Льюиса нетрудно было переключить на мысль, что проблемы его матери объяснялись вполне земными причинами.

– Клянусь святыми, это можно легко сделать. У мисс Монтис когда-то было чучело, она его может прятать на чердаке.

– Вы допускаете, что это имеет отношение к мисс Монтис? – спросила Чарити.

– К кому же еще? Еще может быть Сабурин, – добавил он, нахмурясь. – Она очень злилась, когда мать отстранила ее от дел, помнишь, Джон? Ей хоть и семьдесят, но силенки у нее еще есть.

Мертон объяснил:

– Мисс Сабурин была маминой портнихой. Мать платит ей прекрасную пенсию. Сабурин была счастлива оставить работу. Живет она с дочерью в Истли, так что я не вижу, как она может участвовать в этом неблаговидном деле.

Они вышли в холл, поднялись на последний этаж и остановились на площадке.

– В комнате над маминой спальней никто не живет, – заметил Льюис. – Там свалена всевозможная рухлядь.

– Давайте все же заглянем туда, – не отступал Мертон, и они поднялись выше по узкой, не устланной ковром лестнице на чердак, мимо комнат прислуги, в ту часть здания, которая использовалась как кладовая.

Комната над спальней леди Мертон оказалась такой, как описал ее Льюис. Она была забита стульями со сломанными ножками, старыми чемоданами, разбитыми диванами с торчащими пружинами и прочим хламом. Осторожно двигаясь между этими предметами, молодые люди подошли к окну.

– Следов нет, – подытожил Льюис.

– И не может быть, потому что на полу старый ковер, – заметила Чарити. – Странно, что в этой части лежит ковер, тогда как на остальной части пола на чердаке его нет.

Длинная ковровая дорожка вела от двери к окну.

– Это кусок ковра из коридора, ведущего в библиотеку, который ты не так давно сменил, – сказал Льюис брату.

– Его сюда положили, чтобы заглушать шаги, – сказал Мертон. – Я считаю, что это главное доказательство того, что мы на правильном пути. Теперь осмотрим окно.

Рама поднималась легко и бесшумно. Он провел пальцем по пазу – на пальце осталось масло. Посмотрели другое окно: рама двигалась туго, окно не было смазано.

– Теперь остается найти чучело, – сказал Мертон, и все начали внимательно осматривать пространство позади мебели, старые чемоданы.

Льюис наслаждался процедурой, вспоминая детство.

– Смотри, Джон! Мои первые брюки! – воскликнул он, вытянув их из чемодана. Из брюк вылетела стайка моли. – А вот мои оловянные солдатики. Я часто думал, куда они делись.

Чарити забавляло это ребячество.

– Если ему попадется офицерский кивер, он непременно будет в нем щеголять целый день, – сказал Мертон с благодушной усмешкой.

Они тщательно осмотрели все закоулки, но ничего не нашли.

– Здесь ничего нет, – сказал Мертон, – но я уверен, что источник беспокойства маман находится в этой комнате. Иначе зачем было смазывать окно?

– Остался еще платяной шкаф, – сказала Чарити. Она была немного разочарована тем, что Мертон не послал верхового за ее костюмом. Теперь его вряд ли доставят к завтрашнему дню.