Генералы переглядывались, даже и забыв, что именно они хотели сказать, сделать, ради чего вообще вызывали капитана Лонштейн.

— Капитан, чем вы занимаетесь сейчас?

— Разработкой остатков Гюрзы, осталось на свободе несколько человек, которых нужно устранить во избежание последующих проблем.

— А если не увиливать? — спросил Пафнутьев.

— То я скажу, что это несколько человек, которым место за решёткой. Но которые поменяли имена у мастера поплоше, и сейчас сидят на хвосте у троих хороших человек, чтобы их убить.

— Себя вы в эту категорию не причислили, капитан? — спросил уже Пётр Алексеевич.

— Никак нет, товарищ генерал. К хорошим людям отнести меня не получится. К тому же, мы уже почти поменялись местами. Я охотник, а они мои жертвы.

Змей усмехнулся:

— Мне их почти уже жаль.

— Пожалей лучше себя, — одними губами ответила девушка.

Мужчина пожал плечами, перевёл взгляд на генералитет.

— Мы ещё нужны на сегодня? У нас рабочий день в разгаре. Нужно заняться делами.

— Можете идти, — махнул рукой Пётр Алексеевич. — О дальнейшем решении мы оповестим вас отдельно.

— Хорошо.

— И, капитан Лонштейн, — генерал Евгеньев взглянул напрямую на Эми. — Я вас очень прошу, пока мы не решим, как поступить в этой кризисной ситуации, воздержитесь от громких находок и расследования громких дел.

— Никак не могу обещать, товарищ генерал, — Эммануэль поднялась вслед за Змеем. — Но я постараюсь. И даже пока не буду лезть к Триаде. Хотя у меня впечатляющие планы по её развалу.

Генералы скривились одновременно. Пётр Алексеевич кивнул головой на дверь, и Змей, подхватив Эми под локоть, исчез вместе с ней.

— А я говорил, — сообщил Котик спокойно, — что надо было сразу капитана Лонштейн в группу по разработке этого… типа. Как она его назвала?

— Сатана. В общем итоге по всем документам он проходит именно так, — пояснил уже Борисов. — И да, присоединяюсь к Ивану Валерьевичу, нужно было сразу брать её в группу, многих бы проблем избежали. И мы, и она.

— Слушайте, — вздохнул Пётр Алексеевич. — Вы не понимаете. Когда со стороны слышишь про подвиги капитана — это одно, но вот так оказаться в центре её… выводов — совсем другое. Ну, не производит она впечатление гениальной умницы. Ни с первого взгляда, ни с десятого.

— Ну-ну, — пожурил профессор Борисов генерал мягко. — Пётр Алексеевич, не нужно так говорить. В конце концов, моя правнучка не просто умница, она из редкой категории, которая умеет правильно себя подать.

— Ваша правнучка?!

— А вы не знали? Но послушайте же, капитан Борисова-Лонштейн.

— Профессор, Борисова — достаточно распространённая фамилия! — возмутился Артём Владиславович. — Мне бы и в голову не пришло… Ах… Погодите-ка,… Лонштейн…

— Именно, моя внучка вышла замуж за Лонштейна, взяла его фамилию. А Эми — моя правнучка. Так что, господа генералы, — профессор улыбнулся, поднимаясь из-за стола. — Имейте в виду, в своих расчётах, что эта девочка взяла от меня ум, острый, научный. Интуицию от мамы… ту вечно ведьмой называли, за умение быстро находить интересные места для раскопок. А обаяние и умение заводить полезные связи — от отца, тот хоть и прохвост, но его связи даже моего связиста заставляют злобно скрипеть зубами. Так что, учитывайте это в своих планах на её счёт. Не во всём так опасна сама капитан Лонштейн, как её связи.