– И все же я чувствую, – продолжал он, – что поспешность в решении этого вопроса ни к чему и может лишь привести нас к новым ошибкам. Вот почему я считаю, что нам нужно оставить их в покое, по крайней мере до окончания войны.

Управляющий кивнул:

– Согласен. Вообще-то я тоже обдумывал сложившееся положение и предлагаю следующее: мы даем им время осознать, что они наделали, а затем посылаем письмо и предлагаем купить себе жизнь. Конечно, – поспешно добавил он, заметив, что префект поднял бровь, – им придется прислать нам головы зачинщиков в качестве жеста доброй воли. Мне всегда казалось, что заставить бунтовщиков казнить своих предводителей куда полезнее, чем делать это самим – трудно представить мучеником того, кому вы сами отрубили голову.

– Интересная точка зрения, – согласился префект.

– Затем, – продолжал управляющий, – мы выдвигаем условия. Принимаем их безоговорочную капитуляцию, но лишь в том случае, если они передают в наше распоряжение весь свой флот. Вместе с экипажами. В конце концов, операция затевалась именно ради флота. И начальство будет оценивать нас именно по результатам в этом направлении. Островитяне нужны нам для комплектования команд. Если мы всех их перебьем, то получим корабли без экипажей. Если же выберем мой вариант, то в нашем распоряжении окажутся трусы, прекрасно понимающие, что их семьи и соотечественники взяты в заложники, чья дальнейшая судьба зависит от их хорошего поведения и выполнения наших приказов…

– И таким образом, – перебил его префект, поглаживая подбородок, – мы обернем жуткую ситуацию в нашу пользу. Благодарю вас, вы помогли мне вернуть веру в ценность здравого мышления.

– Всегда к вашим услугам, – ответил управляющий. – На мой взгляд, одно из наибольших удовольствий в жизни состоит в том, чтобы обратить катастрофу в новую возможность. – Он улыбнулся. – К счастью, насладиться этим удовольствием доводится не столь часто.

Префект наклонил голову и задумчиво посмотрел на потолок.

– «Господь да поразит врагов моих» или «Если Ты поражаешь врагов моих, доверь мне нести им спасение». Знаете, с годами я все больше ценю Делтина. А вот молодые его не понимают. У каждого должно быть что-то впереди, нечто, к чему хочется стремиться. Управляющий кивнул:

– Итак, эта проблема улажена. Неплохое выдалось утро. Нам бы еще изыскать каким-то образом возможность перестроить Перимадею, и тогда можно было бы сказать, что завтрак мы заработали.

Префект открыл глаза и посмотрел на собеседника:

– Вы уже что-то придумали. Расскажите.

– Пока только общие очертания, – ответил управляющий, – но они уже начинают обретать формы. Но пока я еще не готов поделиться с вами моими соображениями. По крайней мере до тех пор, пока не буду уверен в их неоспоримых достоинствах. В противном случае я рискую подпортить свою репутацию человека с творческим мышлением.

– Справедливо. – Префект сухо улыбнулся. – Но идея у вас есть или хотя бы понимание идеи.

Управляющий пожал плечами:

– Идеи у меня есть всегда, но я стараюсь брать пример с того осторожного врага, который принимал меры к тому, чтобы все его ошибки скрывала земля.

Посыльный отправился в путь во второй половине того же дня, получив указания как можно скорее добраться до капитана Лордана. В инструкции, полученной посыльным, подчеркивалась первостепенная важность успеть вручить командующему армией новые предписания до того, как он предпримет какие-либо действия в ответ на разгром войска полковника Испела. От этого зависело благополучие всей Империи.

Отправляя гонца, его начальник дал и более подробные наставления: не останавливаться без крайней необходимости, не задерживаться, даже если по пути встретятся старые знакомые, не тратить время на покупки и прогулки, не принимать посторонних отправлений в виде каких-либо писем или образцов товаров.