Слова «для нас», «для двоих» звучали для нее музыкой, подобно неразделимым словосочетаниям сливки и сахар, соль и перец, Ян и Эмили, пара, супружеская пара. Пусть так будет всегда.
Двадцатью минутами позже доктор Торн въехал на Уотчанг-авеню. Проезжая мимо клиники, он даже не удосужился бросить взгляд на здание. Они миновали светофор и поднялись на гору. Эмили понятия не имела, куда везет ее муж.
– Вот это и есть Слипи-Холлоу-роуд… Красиво, не так ли?
– Эх! Купить бы когда-нибудь здесь дом! Я уже могу представить нашу жизнь на этом холме.
– Я тоже, – весело отозвался Ян. – Мы уже почти дома.
– Кто это «мы»? И почему «дома»? – в благоговейном ужасе спросила Эмили, с замиранием сердца поглядывая на украшенную гирляндами дверь ближайшего здания. – Ян, если это вечеринка, то я не одета. Нам нужно было избавиться от сальных пятен на наших костюмах.
Муж в буквальном смысле вытащил ее из машины и почти силой подвел к парадному входу строения. Спектакль продолжался – доктор принялся стучать и нажимать на кнопку звонка.
– Эй! Открывайте!
– Ян! Тише, – умоляла его супруга.
– Наверное, мне придется самому открыть эту проклятую дверь. – Эмили с ужасом смотрела, как муж вставляет ключ в замочную скважину и вращает его. Через мгновение замок щелкнул. Ян схватил ее в охапку и перенес через порог. – Добро пожаловать в новый дом, миссис Торн.
– Что?! – Эмили никак не могла поверить в чудо. – О, Ян, у меня нет слов! Наверное, я сплю. – Муж ущипнул ее, и она громко вскрикнула. – Это действительно наше?
– Дом принадлежит нашей корпорации, но вообще-то… конечно, наш.
– Как?! Когда?! Я не понимаю… Это же прекрасно! Ты сам все сделал?
Ян предостерегающе поднял руку.
– Помнишь миссис Уоллер? Строение принадлежало ей. Кстати, как и многое другое. Настало подходящее время… Правда, не только я занимался этим. Пришлось нанять дизайнера, потому что сами мы не смогли бы совершить такие преобразования. Я постарался объяснить этой женщине, что нравится мне и что – тебе. Конечно, если тебе что-то не по вкусу, можно переделать. Еще не поздно исправить. Дизайнер даже нарядила рождественскую елку. Входная дверь, украшенная сверкающей гирляндой и еловыми ветками, – ее подарок. Кстати, сегодня утром я попросил ребят перенести елочные украшения из клиники, и сейчас они находятся в гараже. После того, как мы переварим хот-доги, займемся ими. Эмили, тебе нравится?
– О, Ян, я на седьмом небе от счастья. Как же тебе удалось все сохранить в тайне?
– Это оказалось нелегким делом, – небрежно отмахнулся супруг. – Почему бы тебе не побродить по дому, пока я открою шампанское? Эмили, мне хочется выполнить все данные в свое время обещания. Как видишь, я приступил к исполнению, это только начало. Разжечь камин? – Эмили нежно обняла мужа.
– О, Ян, как мне все здесь нравится! Спасибо, любимый… Да, я хочу шампанского, хочу, чтобы огонь горел в камине…
Когда она, осмотрев дом, вернулась, супруг поинтересовался:
– А ты спускалась вниз? Нет?! Но ведь половина подвального помещения принадлежит тебе целиком и полностью. Там можно выращивать цветы и овощи даже зимой. Я установил там специальные лампы, которые способствуют ускоренному созреванию растений. Надо купить семена. Этим летом жду салат и роскошные букеты цветов в каждой комнате. Кстати, хотелось бы видеть море тюльпанов самых неожиданных расцветок. Ты сделаешь это?
– Конечно, дорогой! – Эмили уселась рядом с мужем на пол. |