— Да, — если бы душа папы не погибла на моих глазах несколько минут назад, я бы улыбнулась. —

Он остался с Алесей.

Я развернулась, перешагивая через деревянные доски, но Костя остановил меня, осторожно обвив

пальцами запястье.

— Женя, — его хриплый голос раздался совсем рядом, и я удивленно обернулась.

— Ммм? — я рассеянно моргнула.

— У меня плохое предчувствие, — послав мне лишенный покоя взгляд, признался он.

Я даже не знала, что ответить. Нас застали врасплох. Мы надеялись поймать Алесю, думая, что удача

на нашей стороне. Но судьба дала нам хороший пинок под зад и сказала со злобным смехом не

расслабляться. В ловушке оказались мы. Алеся, одержимая одним из Элементов и два Малума…

точнее уже один, вторая смерть папы... Никто из нас троих не ожидал такого поворота событий. Уж я

точно.

Я накрыла своей ладонью руку Кости и попыталась улыбнуться.

— Все будет хорошо.

Однако мои слова, лишенные уверенности, не сумели вытеснить из небесно-голубых глаз тревоги.

Пальцы Кости напряглись под моей ладонью, сильнее сжав правое запястье.

— Если я не успею сделать это, то ни за что не прощу себе.

— О чем ты…

На последнем произнесенном звуке мои губы накрыл горячий поцелуй. Костя плотно прижал меня к

себе, обняв за талию. Широко распахнув глаза, я смотрела на его закрытые, трепещущие веки, и от

внезапности мое тело покинула способность двигаться. Но вскоре головокружительные, незнакомые

ощущения потопили шок. От нахлынувших чувств неистовый жар накрыл меня с головой, словно

лавина, и я потерялась в водовороте смятения, нежности, отчаяния, горя, печали. Колени

предательски подогнулись, я бы упала, если бы не Костя, крепче притянувший к своей твердой, но

такой обжигающе теплой груди, в которой взволнованно трепыхалось сердце.

Я же не слышала своего сердцебиения. Как и все вокруг. Ни один звук не долетал до моего

притупленного слуха. Будто в один миг отказали все органы чувств.

Мой первый поцелуй случился на заброшенной фабрике после сражения с монстром из мира

мертвых с лучшим другом, но теперь у меня язык не повернется так назвать его.

Кто мы теперь друг другу?

Что случится с этим миром, когда Костя отстранится? Почему-то мне казалось, будто все исчезнет, растворится в небытие, и больше ничего не будет. Я перестану существовать. И Костя. И все то, что

было нам таким привычным.

Медленно отстранившись, Костя обеспокоенно и виновато взглянул в мои глаза. Его же сверкали

желанием и счастьем. Я никогда прежде не видела такого чистого света. Даже душа папы так не

сияла.

Это было поразительно. Великолепно. Прекрасно.

— Женя?

Его глухой шепот чуть не разорвал мои барабанные перепонки. Отказавшие, как мне до этого

казалось, чувства ярким калейдоскопом унесли меня прочь от этой реальности, в мир, где не

существовало ничего, кроме моего бешено колотящегося сердца, дико пульсирующих губ, спутанных мыслей и горящих от нехватки воздуха легких. Я не дышала все это время, и теперь моя

голова пошла кругом. Слегка порозовевшее лицо Кости плавно раздвоилось в глазах, а потом вновь

стало в единственном числе.

—  Прости за это, — прошептал он, погладив меня по щеке загрубевшими кончиками пальцев. —

Лучше сейчас, чем никогда.

Отстранившись, Костя подарил мне теплую и ласковую улыбку.

— Я люблю тебя.

Казалось, будто я слышала эти слова очень давно, но на самом деле не прошло и шести часов. Но

более странным было то, что я испытала облегчение. На секунду промелькнула мысль, что

признание Кости — вымысел моего буйного воображения, однако сейчас я убедилась окончательно, что не сплю, и это самая что ни на есть реальность.