Старшины города переглядывались, поглаживая окладистые бороды. Молодой Эрван, сын одного из них, грозил всем подряд узорным кинжалом и, брызгая слюной, орал, что все это, мол, происки жителей Каргана: подманили дракона специально, чтобы только повернуть купцов.

Народ постарше и поопытнее отмалчивался.

— Дак ведь ну каждому ж ясно, что это Эммет никого обидеть не хотел, только любопытствовал! — причитала Катерина, молоденькая женушка городского головы. — Он же сытый был, недавно корову в стаде у старика Даниля сожрал, мы всем городом ему потом телку дарили!

— Так это вы знаете, — подливал масла в огонь щуплый лютнист, который ужом варился во всей этой канители, заглядывал людям во рты и патокой лился им в уши. — А купцы-то откудова знать должны?

— Ну и че ты посоветуешь, малой? — приступил к нему один из старейшин.

— А того и посоветую: поставить табличку — дескать, не пугайтесь вы нашего дракона, он купцов не трогает…

Все громко зароптали, и громче всех взвился над толпой голос городского писаря, который возмущался расходу казенных чернил. Никто не хотел признаваться, что не умеет писать.

— Или! — лютнист каким-то образом умудрился произнести это еще визгливее, так что все услышали. — Давайте мы вашего дракона завалим.

Все на миг замолчали, и в этом молчании стало слышно, как курлыкают на крыше ратуши — двухэтажного дома с укрепленным перед ним колоколом на раме — голуби.

* * *

Нельзя сказать, чтобы жители согласились с этим предложением прямо сразу.

— Да как это мы без дракона! — возмущались крестьяне. — А кто будет волков отпугивать? Да и вредители на драконий помет того… не летают.

— Вообще, это конечно, да… — чесал парень в затылке. — Но, строго говоря, еще не доказано, летают или не летают! Я тут когда шел, смотрел — у вас просто почвы известняковые, вот и нету вредителей. А так… — он пожимал плечами. — Не, ну, может, и из-за драконьего помета, конечно, не буду спорить… Только уж тут одно из двух: либо удобряет землю, либо насекомых отпугивает. Оба сразу быть не может.

— Это почему?! — возмутился кто-то особо подозрительный.

— Да потому, дубина, что насекомые то, что злакам полезно, тоже жрать будут, — дала ему подзатыльник жена. — Экая дубина!

— А потом, ну кто у нас преступников жрать будет! — выступал солидный горожанин. — Сейчас вора поймали — отдали дракону, и нет его! А то тюрьму строить, как в столице…

— И много воров ты у нас упомнишь? — вступилась вдруг та же самая активная жена крестьянина. — Это ж последний раз было, когда Кривой Тим украл веревку у Джека-кузнеца!

— Зато дракон привлекает рыцарей, которые хотят заграбастать его сокровища, — дипломатично вставил лютнист. — А у рыцарей — аппетит…

— Ой, не говори, ой, не говори! — заголосила одна из крестьянок и нудным голосом стала перечислять, сколько именно выпил и сожрал последний рыцарь, остановившийся у нее на постой. Разумеется, за все это заплачено не было, потому что с какой это стати рыцарь станет платить простой крестьянке? Не зарубил никого — и ладно.

— Да ведь сокровищ у него нет, — произнес трезвый голос из толпы. — У дракона-то.

— А рыцари об этом знают? — спросил лютнист. — Или они верят вашим предупреждениям?

Все стали вспоминать, и вышло, что да, никто не верил.