— Давайте, выкладывайте все начистоту, — сказал Джеб. — Что вы хотите узнать?

— Вы написали так много детективных романов, — проговорил сыщик, улыбаясь. — Я прочитал несколько ваших книг, они мне очень понравились. Не беспокойтесь, этот порошок — не то, что вы подумали. Это всего лишь дешевая детская присыпка, без ароматических и гигроскопических добавок, как в дорогих сортах. Это детская присыпка, и не более того.

— Ну, слава Богу, — сказал Джеб, впервые вздохнув с облегчением за все время разговора. В конце концов, подумал он, Гвен — моя сестра, хоть и не слишком любимая и не слишком умная, но все-таки сестра. — Надеюсь, нет закона о контрабанде детской присыпки?

— Нет, — сказал сыщик.

— Вы напрасно относитесь к случившемуся с иронией, — сказал Овертон. — Я держу под арестом двух мужчин, у которых к вам какие-то претензии и намерение причинить вам существенный ущерб из-за того, что вы завладели чем-то, что вам не принадлежит. Как вы собираетесь их убедить в обратном, я не знаю. Они не задумываются над тем, что делают. За ними стоит банда.

Внезапно Джеб почувствовал какую-то тянущую боль в области солнечного сплетения. Он был смелым человеком, но сейчас события принимали совсем другой оборот, чем в его романах.

— Но, по крайней мере, вы можете продержать их под замком хоть какое-то время?

— Видите ли, тут есть проблема, — замялся Овер-тон. — Как вы правильно заметили минуту назад, нет закона против контрабанды детской присыпки. Точно так же нет закона, запрещающего людям в резиновой лодке войти в бухту Джемисона. Мы даже не можем задержать их за бродяжничество. Они вытащили из лодки рулон пеленок. Рулон такой огромный, что им подавится лошадь. Так вот, как только мы вернемся в отделение, то будем вынуждены их освободить. Конечно, мы предложим им покинуть наш штат немедленно. Они должны понять, что ничего другого им не остается. Но возможно, они и не подчинятся.

— Не могу понять, почему они выбрали такой обременительный путь, как прошлой ночью? — Джеб задумчиво почесал затылок. — Им было бы гораздо проще приехать на машине и оставить ее у библиотеки. Вместо этого они невероятно осложнили дело — на лодке тайком проскользнуть в бухточку и…

— Такой план ни к черту не годится, — возразил Овертон. — Сколько домов в этом конце Виргиния-стрит?

— Только наш и библиотека, — сказал Джеб.

— Если бы прошлой ночью они припарковали машину у библиотеки, то она обращала бы на себя внимание, как слон из цирка. Мы бы сразу заметили ее и заинтересовались ею. Нет, мистер Лейси, вы не правы. Похоже, преступность в Урбанне оживилась.

— В самом деле?

— За счет тех, кто приезжает из соседних районов, совершает у нас преступление и уезжает обратно. Вам, мистер Лейси, я бы посоветовал вести себя крайне осмотрительно, хотя бы в течение нескольких дней. Хорошо бы вам на время уехать отсюда.

— Объясните, почему?

— Из того, что вы нам рассказали, учитывая конфискованный рулон с пеленками, вытекает, что все дело в ребенке. Вам нужно быть очень осторожным.

— Я буду очень осторожным. К тому же у меня есть собака и дробовик.

— Собака — это хорошо, — согласился Овертон. — а вот на ружье особо не рассчитывайте. Воры и бандиты имеют очень большое влияние в нашем округе. Если вы в кого-нибудь из них выстрелите, то они предъявят вам иск о возмещении ущерба, и это обойдется вам в кругленькую сумму. А если вы не промахнетесь, то они отсудят у вас кучу денег:

— Может, мне повезет, — сказал Джеб, велев Диксону проводить полицейских к выходу.