– Здравствуйте. А вы тут какими судьбами? – поинтересовалась я, присев на корточки и заглядывая внутрь куста.

Согласитесь, неудобно же разговаривать с человеком, глядя на него с высоты, словно на муравья какого или жука.

– Дела, дела, милая моя мадемуазель, – бомж поднялся, присел, оперся на песок, а потом довольно ловко выкатился из-под куста и отряхнул руки. Правую протянул Мите:

– Кудасов. Профессор Кудасов. Вениамин Львович.

– Митя.

– Евгения.

Мы все замолчали, переваривая информацию. Кудасов же, заметив наше удивление, пояснил в свойской ему шутливой манере:

– Несостоявшийся профессор. Это дело, – он выразительно пощелкал себя по горлу согнутым указательным пальцем, – меня немного отодвинуло от такого статуса. Но это и к лучшему. Зато я свободный человек, такой как птица – куда хочу, туда лечу.

Мы улыбнулись. В его свободе мы нисколько сейчас не сомневались.

– Пойдемте присядем, вон там скамья есть, а в ногах правды нет, – махнул нам этот шутник, и мы по его совету стали подниматься на небольшой холм. Там нас действительно в тени раскидистой пальмы ждала скамейка с небольшим столиком и открывался прекрасный вид на море.

Митя поставил наши рюкзаки, потянулся. Я предложила немного передохнуть, осмотреться, а потом приниматься за работу, чтобы до заката успеть все сделать. Так мы и поступили.

Совсем недалеко от нашей импровизированной стоянки обнаружился ручей и совсем уж миниатюрный водопад с ледяной водой, который его и наполнял. А уж ручей нес дальше свои прозрачные воды к морю. Вода здесь была пресная. Пить я ее не рискнула, пока хватало и нашего запаса, но, если что, то можно и отсюда будет набрать, разжечь костерок, прокипятить и спокойно наслаждаться ею. Ну и правда, не умирать же от жажды?

А потом под разговоры с Кудасовым мы вышли к шикарной косе с мелким песком, который было очень приятно пересыпать из руки в руку. Здесь же обнаружили мы и неимоверную россыпь ракушек. Казалось, что просто песчинки взяли неведомым образом и увеличились в размерах и превратились в ракушки.

– Вот это нам повезло! – воскликнула я.

И тут мое внимание привлекла очень странная конструкция – вдалеке виднелись какие-то неимоверно огромные бочки, поставленные одна на другую.

– Это что? – спросила я.

– Обычно сюда набирают ракушки с берега, которые выносят волны, а потом отправляют на яхте в Сорочинск для сафари-парка.

– Интересное кино. А нам профессор Половинкин сказал, что давно ему не привозили ракушек, что нам предстоит их собрать, нагрузить бочки и погрузить на яхту.

– Задал вам Сергей Николаевич задачку, ох задал. Интересно, чем это вы так перед ним провинились? – Кудасов замолчал и очень выразительно, заинтересованно посмотрел на нас с Митей.

Мы переглянулись. А потом решили, что все равно нам уже терять нечего, и рассказали с самого начала нашу историю, умолчав о некоторых незначительных деталях.

Одна история потянула за собой другую, лопнувшее стекло и крокодилы потянули мусанга. И, соответственно, в разговоре не всплывали фамилии ни Львова, ни Половинкина, но наш знакомый каким-то неведомым образом догадался, о ком идет речь и кто являются главными героями нашего повествования.