"Предают свои, а не чужие, — с горечью размышлял Игорь Волин долгими ночами, лежа на тюремных нарах.

Так было испокон веков — вор и льстец в почете, а трудяга в жопе. Ничего, переживем. Тюрьма, чай, не страшнее вражеского тыла…".

Сейчас Волин уже не чувствовал тяжести кирпичной кладки тюремных казематов, только ощущал учащенное биение своего сердца. Диверсанту хотелось надеяться на торжество справедливости, и он в это свято верил.

В кабинете, куда обычно приводили подполковника Волина на допросы, его уже ждали. Но на этот раз вместо военного дознавателя за столом сидел генерал-лейтенант Журавлев, возле которого застыл полковник Анисимов, бледный как мел.

— Здравствуй, Игорь, — Андрей Андреевич поднялся из-за стола и протянул вошедшему диверсанту руку. — Извини, что поздно узнал о твоей беде.

"Предчувствие меня не обмануло", — невольно подумал Волин, пожимая протянутую генеральскую руку, но вслух произнес другое:

— Мы, разведчики, люди военные, в какую среду прикажут внедряться, в ту и внедряемся.

— Это хорошо, что ты не теряешь бодрость духа, — одобрительно кивнул генерал, усаживаясь на прежнее место, и сразу же перешел к делу. — Ты свободен. "Дело" твое аннулировали за отсутствием какого-либо нарушения статей и параграфов воинского устава и специальных инструкций ГРУ. — Журавлев сделал короткую паузу и добавил со вздохом: — Есть еще новости. Командование военно-космических войск забирает у нас своих спецов и оборудование. Так что надобность в батальоне "Камышовый кот" отпадает, и без них в Чечне полно спецназа. Батальон возвращается в расположение бригады в родную пермскую тайгу.

Пока генерал говорил, Волина не покидало чувство, будто Журавлев за ним внимательно наблюдает.

— Ты, Игорь Саныч, конечно же, можешь вернуться с батальоном в родные края. Но есть у меня к тебе особое задание, — генерал наконец перешел к самому главному. Он подался вперед, в упор посмотрел на диверсанта и тихо спросил: — Ты как?

Интуиция разведчика и на этот раз не подвела Волина. Прибывший в Ростов большой воинский начальник действительно изучал подполковника, проверяя, как недолгое пребывание в тюрьме отразилось на поведении подчиненного. Судя по заданному вопросу, генерал остался вполне доволен своими наблюдениями. А учитывая, что решить проблему подполковника Журавлев мог, не выходя из своего кабинета, но тем не менее приехал лично, задание действительно сложное.

— Что я должен делать? — спросил Игорь и тут же одернул себя. Специфика ГРУ такова: каждый знает ровно столько, сколько ему положено знать. Лишнего никто не спросит и, тем более, не скажет. "Да, распустился я тут на гражданских харчах", — мысленно выругал себя Волин и сразу же поправился: — Хотя бы в общих чертах.

— В общих чертах можно, — согласно кивнул генерал. — Твой профиль — захват и уничтожение функционального подземного бункера. Правда, есть один нюанс, работать придется на "чужой земле".

— Понятно, — коротко ответил диверсант. Раздумывать было нечего, он все решил еще в самом начале, но для пущего форса выдержал паузу в несколько секунд и только потом произнес: — Я согласен, только у меня две просьбы.

— Внимательно слушаю.

— Разрешите набрать в штурмовой отряд людей из моего батальона.

— Это не проблема, — кивнул головой Журавлев и спросил: — Второе пожелание?

— Своим замом разрешите взять полковника Анисимова, — Волин, в отличие от генерала, мог наблюдать, как лицо проштрафившегося полковника из белого стало светло-салатным, как у инопланетян.