Трое мужчин, миновав главный вход, спустились в подземный гараж. Просторное темное помещение охраняли четверо чеченцев в полувоенной форме без знаков различия, обвешанные подсумками с боеприпасами и автоматами, оснащенными лодствольными гранатометами.

Трое остались стоять на месте, четвертый прошел в стеклянную кабину, похожую на гаишный "стакан". Усевшись в офисное кресло, чеченец стал манипулировать кнопками пульта управления. Верхний свет стал мигать, как обычно бывает при повышенной нагрузке. С шипением и скрипом отъехала задняя стенка гаража, обнажая проход. Широкая винтовая дорога тянулась вверх.

— Здесь легко проедет танк, не то что грузовик, — уловив взгляд турка, хвастливо проговорил Габилов.

— Мы что, на гору будем пешком подниматься? — спросил Зияд Хашаба.

— Нет, — вместо Турпала ответил Руслан Курбаев. — Здесь оборудован скоростной лифт.

Три часа потребовалось турецкому офицеру, чтобы ознакомиться с коммуникациями горной базы чеченцев. Все было устроено отлично.

— Очень хорошо, — наконец произнес Зияд, обращаясь к коменданту базы и ее строителю, полковнику Танарбиеву.

На похвалу Муса лишь презрительно хмыкнул, потом сказал:

— Сейчас лучше говорить о размещении охраны. Где вы думаете поставить своих людей? Внутри или снаружи?

Зияд Хашаба помнил полученные дома инструкции, поэтому на минуту изобразил задумчивость и ответил:

— Ваши люди лучше знают и внешние, и внутренние посты. Я так думаю, что моим бойцам лучше быть с ними для усиления. — Такое решение было наиболее оптимально, когда придет час "X", коммандос, распыленные среди боевиков, легко их вырежут.

— Пусть будет так, — подвел итог Муса Танарбиев.

— Н-да, — задумчиво проговорил подполковник Бородин, оглядывая роскошную обстановку в квартире покончившего с собой майора Принцева. — По нынешним временам офицеры так не барствуют. — Повернувшись к стоящему позади Филипенко, он спросил: — Где его жена работает?

Старший лейтенант, занимавшийся изучением досье покойного, заученно произнес:

— Элеонора Викторовна Принцева, в девичестве Костюк, шестидесятого года рождения, по окончании Минского пединститута вышла замуж и до сегодняшнего дня находится в статусе домохозяйки. В данное время на курорте.

Подполковник еще раз оглядел квартиру, заставленную дорогой импортной мебелью, теле- и радиоаппаратурой, обозрел картины в массивных золоченных рамах, яркие восточные ковры. — Денег вбухано столько, сразу сумму и не назовешь, — недовольно буркнул он, проведя ладонью по шелковистой поверхности кожаного дивана. — Выходит, покойный Валерий Леонидович был подпольным миллионером на манер бухгалтера Корейко. Вот только интересно, с чего это он смог так разбогатеть? Вроде бы не интендант с продовольственных складов, да и к особым секретам допуска не имел. "Скальпель", то бишь БЖРК, со времен горбачевской перестройки перестал быть тайной за семью печатями. Вопрос, откуда деньги?

Так как проникновение в квартиру покойного офицера в целях конспирации проводилось без соблюдения судебно-процессуальных норм, то есть не было ни участкового, ни жэковского слесаря, ни понятых, а посреди квартиры стояли двое чекистов-оперативников, то вопрос явно относился к напарнику.

— Думаю, надо провести тщательный обыск, — предложил Иван, бывший спецназовец мыслил по-боевому, прямолинейно по нынешним временам. И время, которое сейчас на вес золота, потеряем.

— Так что же делать? — не понял старший лейтенант.

— Не особо привлекая к себе внимания, попробуем опросить жильцов дома.